Шрифт:
Пошло. Интимно. Чутко.
Чувствую, как её накрывают первые спазмы.
Нереальная. Прикусывает губу. Впивает в меня ногти. Заглушенно стонет. И самое надрывное — она ищет мои глаза. Для поддержки. Для благодарности за свои такие яркие новые ощущения. Срывает.
— Мне умопомрачительно с тобой, — откликаюсь на её словами. Она ещё мала. Ей нужно всё объяснять. Она ещё не совсем понимает свои ощущения, не говоря уже о моих. Но я научу её чувствовать себя и меня.
Улыбается. Открытая. Расслабленная.
Расцениваю это как готовность к более решительным глубоким действиям.
Подхватываю и несу в спальню.
Укладываю на кровать и отхожу. Любуюсь её. Хочу, чтобы и она рассмотрела всего меня. Изучила.
— Ром, ты очень красив. Мне в тебе все нравится… — выдает несмело.
Эта её прямолинейность, непосредственность, искренность всегда держали меня. Так въедались в сердце, что я, очерствелый плейбой, робел перед неё.
Неземные ощущения.
До луны и обратно.
Ложусь рядом.
Гуляю руками по её изгибам, целую, наращивая обороты. Уже можно. Она мокрая, пульсирующая даже через трусики.
Вбираю в рот ее сосок, легонько посасывая, от чего он еще больше твердеет. Обвожу языком. Покусываю. Облизываю. Мне сладко.
Бельчонок тихонько стонет и подрагивает в моих руках.
Скольжу вниз по плоскому животу и упираюсь в чувственный треугольник, прикрытый тонкой тканью. Хочу проникнуть туда языком. Но нельзя. Для нее это будет слишком.
Поднимаюсь вверх к ее губам, стягивая трусики в противоположною сторону. Трогаю ее там. Бугорок. Складочки. Скольжу внутри.
И холодею. Мне дико страшно. Она такая маленькая, тугая. Очень. Не для меня.
Отмираю лишь от звука ее голоса.
— Ром, мне нужно тебя поцеловать. Я хочу…
Её губы на шее, ключице. груди. А потом язык…
И клеммы летят.
Я и так слишком долго балансировал на грани. Хотел подарить ей больше тепла.
Устраиваюсь между ее ног и вхожу. Осторожно, медленно, боясь причинить боль раньше времени.
Но Бельчонок с такой невероятной готовностью принимает меня. Раскрывается. Подстраивается. Удерживает и подпихивает меня ногами, которыми она крепко обхватила меня. И я скольжу в нее. Эмоции и чувства перекрывают меня. Ее глубокие протяжные стоны наслаждения. Пальцы, сжимающие простыню.
И резкий глубокий толчок.
Сжимается.
А я, игнорируя свою панику, нависаю над ней, заглядывая в глаза.
Слёзы и улыбка.
Сумасшедшая девчонка!
— Прости, Бельчонок, — хриплю. — Для меня невыносима мысль, что я сделал тебе больно.
— Всё хорошо. Мне уже не больно, — произносит, притягивая мою голову для поцелуя.
Целую нежно, извиняясь. Растворяясь в ней.
— Ром, я сейчас твоя, — говорит задумчиво скорее для себя, чем для меня.
— Дошло, наконец, — насмехаюсь я. — Нужно было раньше сделать это. Слов ты не слышишь, а так, как я погляжу, до твоего упрямого мозга доходит быстрее.
— Ветров, я хочу больше… доказательств. До меня походу действительно туго доходит.
— Несносная развратная девчонка, — рычу, вдалбливая в нее такие охуенно чувственные доказательства.
Глава 54
Рома
Если я когда-то говорил, что мне нравится брат Бельчонка, забудьте. Он невыносимый мудак. И если бы не Бельчонок, я бы ему уже давно прошелся по рёбрам для профилактики. И по зубам после каждого вопроса «Катя, ты уверенна?».
Да, уверенна она. Уверенна. А если есть сомнения, то у меня есть сто процентов действенный метод их устранять.
— Ром, я тебе поесть привезла. Ты почему обедать с Ромкой не приехал?
— Богданова, ты лучше спроси, почему я твоего Ромку еще не убил.
— Что на этот раз?
— Очередной пиздец от твоего долбанутого братика. А если точнее, то целая фура автозапчастей, которую я должен разгрузить. Один. Вот придурок…
— Ром… — предостерегающе рычит моя любимая девушка, а по совместительству сестра того самого придурка.
— Поесть принесла? Замечательно, Бельчонок. Я очень голодный. А еще злой. И это нужно исправить…
Закидываю ее на плечо и тащу в кабинет любимого братика. Сейчас я отведаю десерт и успокоюсь за одно…
Отыграюсь на Богдановой за три дня добровольно принудительных работ. Этот родственничек же специально меня изводит.
Меня уже дергает от его «нужна твоя помощь». И разгрузка фуры — это еще самая приятная «помощь», что мне досталась. И них*уя, что сегодня тридцать первое декабря и все готовятся к Новому году. Рома Ветров рад стараться в автомастерской будущего швагра. А как иначе, если железки нужно очень срочно перенести на склад, чтобы не примерзли в новогоднюю ночь.