— Чтоб больше я тебя здесь не видел, — проорал, брызжа слюной, мужчина.

— Хоть деньги за остаток месяца верните, — громко сказал парень.

— Хрен тебе! — Крикнула женщина. — Считай это возмещение ущерба. Недоносок!

— Пошел отсюда! — Мужик, закатив рукава, пошел на парня. Молодой человек усмехнулся, но сделал пару шагов назад. Затем развернулся и зашагал прочь. Шумная парочка, продолжая возмущаться, скрылась в подъезде.

— Эй! — Я окликнул рыжего.

Молодой человек обернулся. Я подошёл к нему.

— Какие-то проблемы? — Поняв, что прозвучало так, словно я на него наезжаю, добавил: — Могу чем-то помочь?

Он посмотрел на меня карими как янтарь глазами.

— Да нет... Точнее... Нет, особых проблем нет. Просто меня выперли из хаты, которую я снимал, и мне теперь негде ночевать, — он снова усмехнулся и погладил усы.

— Ясно. Раз особых планов на ночь нет, предлагаю сходить в бар, он здесь неподалёку, а там расскажешь подробнее.

— Мужик, ценю твою доброту, но не хочу тебя утруждать. Да и без обид, выглядишь уставшим, наверное, с работы идёшь.

Я отмахнулся.

— Ерунда, не утруждаешь. Только жену предупрежу, что приеду попозже. Пойдем потихоньку.

Мы двинулись дальше по тротуару, но вместо того, чтобы идти в сторону метро, я свернул налево и мы пошли по небольшой аллее. И тут, и там цвели красные, жёлтые и фиолетовые цветы.

— Кем работаешь? — спросил меня рыжий.

— Менеджером.

— Где?

— В кофейне.

— Неплохо.

— Да нет, иногда считаю это полным бредом. А ты? Учишься, работаешь?

— Ну... — Он на мгновенье замялся. — Тут долгая история. Вообще учусь.

— На кого? — Я вернул руки в карманы. На улице будто стало ещё холоднее, а изо рта вырывались небольшие клубочки пара.

— На археолога.

— Ого, — тут я удивился. Тема археологии всегда была мне интересна. Особенно после того, как в детстве я впервые посмотрел «Парк Юрского периода». — Звучит здорово. Всегда была любопытно, что там в Земле находится. Да и не только.

— Да, это интересно звучит, — рыжий издал смешок и погладил усы. — Но конкретно в учёбе это не так интересно, как могло бы быть. Ну, знаешь, как в школе с уроками химии. Думаешь, что будешь взрывать всякие штуки в разных колбах и пробирках, а на деле пишешь конспекты.

— Да, справедливо.

Мы снова повернули за угол.

— А далеко идти?

— Нет, уже пришли.

Мы остановились напротив парикмахерской. Слева от неё был спуск в подвальное помещение. Над дверью висела вывеска «Рефлекс». Открыв её, мы спустились ещё ниже по лестнице и оказались в длинном зале, находившимся в абсолютном полумраке.

Вдоль всей барной стойки располагались высокие стульчики, у стены стояло с десяток столов с тёмными диванчиками. Большая часть бара, за исключением той территории, где и работал бармен, была подсвечена красными лампами. В некоторых местах разными огоньками мелькали светодиодные ленты, но их было совсем немного. Играла не напряженная музыка. Людей в баре было мало. По крайней мере для выходного дня.

— Ну, добро пожаловать в «Рефлекс», — сказал я и направился к барной стойке. Молодой человек последовал за мной. — Здоров, Петрович.

Бармен, до того спокойно натиравший бокалы, поднял голову. Это был человек достаточно крупного телосложения — можно было сказать, даже очень крупного. Широкие плечи, длинные ноги, большая голова с мощной челюстью. Умные серые глаза и седые усы. Так выглядел Петрович — лучший бармен из всех, что я знал. А ещё он был моим старым другом.

— Здоров, Арыч, — он кивнул. — С кем это ты сегодня?

— О... — Тут я понял, что не спросил, как зовут рыжего. — Это...

— Сергей, — сказал парень. — Сергей Сергеевич Гаргарьин.

— Почти Галанин, — заметил Петрович. — Ну, я Кузьма Петрович Днепровский. Рад знакомству. А это, — он кивнул на меня, поняв, что я сам вижу рыжего впервые. Бармены. — Константин Аристархович Штиль. Итак, чего желаете, господа?

— Петрович, есть медовуха на розлив?

— Нет, закончилась утром последняя кега.

— А в бутылке?

— Есть, — бармен подошёл к холодильнику. — Какую?

— На цветочном меду которая.

— Остались на гречишном и вишнёвая.

Я тихо выругался.

— Давай две вишнёвых.

Он достал две бутылки, открыл.

— Спасибо.

Мы с Сергеем устроились перед баром. Петрович, стоя напротив, продолжил натирать бокалы.

— Ну, рассказывай. Петровича можешь не стеснятся, он — лучший бармен.

Мы аккуратно стукнулись бутылками. Рыжий вздохнул и отпил.

— Ну... Зовут, как и сказал, меня Серёжа. Многие зовут Серым, но ещё чаще, вне повседневной жизни, меня называют Огоньком. Почему так? — Он заметил, как у нас с Петровичем поднялись брови. — Рыжий же. Почему вне повседневной? Тут уже сложнее. Как ты видел, меня сегодня вышвырнули с моей хаты. Ну, не с моей, то есть. С той, которую я снимал. Учусь я на археолога. Поступил очно, на бюджет. Во-первых, не хотелось, чтобы родители платили бешеные деньги за обучение, во-вторых, археология мне действительно интересна. Родители живут далеко, друзей у меня, толком, нет. Девушки тоже нет. Ну, как. Нравится одна, с универа, но мы пока только по-дружески общаемся.