Зоя улыбнулась.

— Тогда нам две штуки. Да? — жена посмотрела на меня.

— Да, спасибо, — я улыбнулся старику. — Только не слишком остро, пожалуйста.

Продавец кивнул.

— Ожидайте несколько минут, — и принялся готовить.

Хот-доги оказались действительно очень вкусными. Даже Дед, демонстративно стоящий до этого в стороне, попробовав, определенно их заценил.

— Ладно, — нехотя, сказал он старику. — Ты действительно хот-дожий Господь.

Продавец улыбнулся.

— Я воздух понапрасну не сотрясаю, старый уже для этого. Приходите ещё, ребята.

Мы заплатили ему, попрощались и ушли. Хороший оказался мужик — побольше бы таких в сфере обслуживания.

— Ну, — сказал Дед, — курток красивых накупили, хот-догов вкусных поели, теперь мне пора, малыши. Увидимся... — Дед заговорщицки посмотрел на нас. Я рассказал ему про бой между Огоньком и Эрвином. Он обещал придти. — Сами знаете где. Мы кивнули. Зоя тоже была в курсе.

— До встречи, Дед.

Берёзовский растворился в толпе людей, направившись к выходу из торгового комплекса. Мы с Зоей тоже направились к выходу, но к другому.

— Интересно, а какой хот-дог самый классический? — задумчиво сказала она вслух.

— Чикагский, — не задумываясь, ответил я. — Ещё очень популярный французский, но классическим его не назовёшь. Хотя они тоже очень вкусные.

Зоя удивлённо вытаращилась на меня.

— Ты в них разбираешься!

— Не особо. Просто довелось попробовать пару разных, давным-давно, ещё с Петровичем.

— И почему я об этом не знала?

— Ну... — Я вздохнул. — То давно было, милая. Ещё на войне.

— Ясно, — жена коснулась губами моей щеки. — Значит, в следующий раз возьмём французский. Да?

— Конечно, — я улыбнулся. — А потом чикагский... Эй, погоди-ка, — я остановился.

— М?

— Просто стой здесь и не двигайся, — я взял руку жены в свою и поцеловал её. — И отвернись, смотри в другую сторону. Срочно!

— Ты чего задумал, а?

— Жди! Три минуты, на больше.

Вернулся я к ней с небольшим, но очень аккуратным букетом фиолетовых, почти что синих роз. Цветы я любил и мог выцепить их глазами где угодно, особенно на рынке. Это и сделал, увидев небольшую палатку с ними. И эти розы, конечно, заметил тоже моментально.

— Ох, родной... Синие розы, — Зоя взяла букет и внимательно посмотрела на меня. Я кивнул.

— Наши розы, малышка. Красивые, правда?

— Очень, — Зоя коснулась носом аккуратных лепестков. — Спасибо, милый.

— Не за что, красотка. Ты выглядишь чудесно.

***

Солнечный свет падал через светлые занавески на пол, касаясь кровати, шкафа и даже одной стены. Я чувствовал его тепло — аккуратное, ласковое, будто он говорил: "Отдыхай, приятель. Ты это заслужил. Но и встать не забудь, сегодня чудесный день. Нужно прогуляться, посмотреть город". Я устало улыбнулся через полудрёму. Всё, что нужно для счастья, это гармония и спокойствие. Для того, чтобы их получить, порой достаточно и одного солнечного тепла.

Я открыл глаза и сел в постели. Часы на стене, по форме напоминающие звезду, показывали четыре часа дня. Я натянул какую-то толстовку, за ней джинсы, носки. Есть не хотелось. Да и было особо нечего. Затем я подошёл к окну и открыл его. Пахнуло дождём.

Двор утопал в зелени. Цветущей, яркой, пахнущей самыми разными запахами. Её было столько, что она почти вылезала за железные перегородки, отделяющие сады от прохожей и проезжей части. Впрочем, несмотря на то, что город, где я находился, был одним из самых крупных в НРГ, машины или другой транспорт проезжали здесь редко. Зато достаточно часто ходили мамы с колясками, или бегали детишки. Их простой вид заставлял сердце радоваться. Тем более после войны. Это был просто питерский двор.

Я оставил окно приоткрытым и вышел из квартиры. Затем покинул дом. Так. Мокрый, но теплый асфальт. Да, безусловно. Что может быть лучше этого? Я чуть улыбнулся сам себе. Девочка лет семи, проходящая мимо с темно-зелёным велосипедом, это заметила и тоже улыбнулась. Надо же. Такое чувство, будто и не было никакой войны. Город святого Петра был чудесен. Или, возможно, мне просто так казалось. В конце концов, так ли это важно?

Я пошел гулять дворами, которыми раньше никогда не гулял. Всё, что я знал, это что движусь куда-то к центру города. Наверное. Или, может, так и было. Дворы постепенно выводили меня на более широкие улицы, на улицах было больше людей, а с ними было больше машин. Всё вокруг сверкало так, что даже немного резало глаза. Недавно прошел дождь, небо было всё ещё темным, почти чёрным, но тучи постепенно рассеивались, и солнце, заливающее город, отражалось в окнах мокрых машин, домов, луж, и во всём, чём только было можно. Будто отдавало свечением даже от жёлтых и темных стен, на которых хорошо отображалась влага дождя.

Через некоторое время я, как ни странно, снова попал в очередной двор. Внешне он никак не отличался от предыдущих: квадрат пространства, окружённый высокими, жёлтыми домами с миллионом деревьев, кустов, и цветов под ними. Но небольшое отличие всё же было: маленькая и протоптанная тропка вела через океан мокрых кустов. Недолго думая, я пошел по ней, а затем вышел к небольшому проходу внутри здания. «Хитро припрятали». Прошел по нему. Очередной двор, точно такой же, как предыдущий. Выход справа выводил на какой-то проспект. Судя по шуму машин, который, почему-то, не особо проникал в пространство дворов. «Наверное, высокие здания не пропускают шум, а тот, что все же проходит через входы и выходы, глушит в себе листва». Это объяснение показалась мне абсолютно логичным. И тут я заметил магазин. Или что это?