Я глядела на это «мелкое недоразумение» и не могла понять, что он в ней нашел. Ни лица, ни фигуры. Мне же лучше. Проще будет отковырнуть ее от него и отшвырнуть подальше.

Я присмотрелась к резерву.

Губы поневоле расползлись в кровожадной ухмылке.

Да она не маг!

Пустышка!

Зачерпнув ложкой побольше белой массы, сунула ее в рот, проглотила, одновременно представляя, что я сотворю с этой пигалицей.

Правда, пляшущее во мне удовольствие утихло, когда я разглядела ауру.

С таким я никогда не сталкивалась. Я обескураженно смотрела…

Переливающая всеми цветами радуги аура, погружала в гипноз. Хотелось без конца любоваться этим чудом.

С трудом вырвавшись из этой зачарованности, я продолжила осмотр.

Сказать, что мне не понравилось то, что я увидела – сильно приукрасить.

Эта невзрачная девушка была опутана целой сетью охранок, щитов. И все так заплетено!.. Попробуй расплести одно – тут же ударит другое. И не было сомнений, кто автор этих заклинаний. Кроме того, она была буквально увешана не амулетами, а артефактами. Как будто самая большая ценность королевства. Так и хотелось завопить: «Да кому она нужна?!»

Но дальше – хуже.

Между моим идеальным мужчиной и этой облезлой кошкой протянулись нити.

Целых три!

Не расплакалась я потому, что с детства освоила одну вещь – соленая вода ничем помочь не может. Лучше действовать. В иллюзионе я заплакала впервые с пятилетнего возраста. Но тогда у меня было оправдание – столько всего навалилось… Это была своего рода разрядка.

Но здесь плакать бесполезно. Потому что герцог Раенар Кирион потерян для человечества. По крайней мере, для женской его части.

То, чем связаны эти двое…

Одна ниточка указывала, что они Связанные. Древнее, ничем не объяснимое действие магии.

Вторая – что они обручены. Это не просто вручение браслета. Это таинство в храме, где силы этого мира решают, соединять ли этих двоих.

А третья…

Третья ниточка сотворена никем иным, как самим герцогом. Он маг, она нет. Он может дожить до двухсот лет, она не дотянет и до ста. Он долго будет оставаться молодым и красивым, она через сорок лет будет дряхлой старухой. Но теперь ей это не грозит. Жизненная энергия герцога, перетекая по ниточке, питает ее. Судя по всему, они проживут примерно одинаковое количество лет…

Интересно, как она его уговорила?

Хотя какая разница!

Они Связанные. Если она умрет – ни одна женщина не сможет занять ее место. Он всегда будет чувствовать пустоту. Так что вполне логичное решение.

Я смотрела на этих двоих за стеклом, которые разговаривали, не зная, что за ними наблюдают, и прощалась с моей мечтой.

Мечта жила недолго, но все равно обидно.

– …помнишь, я тебе рассказывал? – голос Рыжика вернул меня в реальность.

– Что, прости, я не расслышала?

– Моя знакомая… – начал он.

А я заскрипела зубами. У меня и так плохое настроение, а тут…

О своей знакомой за эти дни он упоминал несколько раз. И это вызывало у меня ощущение камушка в обуви, который вдруг превратился в занозу. Где-то на десятом упоминании о ней, я перестала делать вид, что мне это интересно, а на двадцатом уже откровенно огрызнулась.

И вот опять…

– …называет это – легок на помине.

– Знаешь, маленький, если ты еще раз упомянешь о своей знакомой, мы с тобой пойдем разными путями. Ты меня раздражаешь. Вы меня уже оба достали! – грубо рявкнула я.

Он поглядел на меня немного удивленно:

– двейза Прости, моя овечка, но это невозможно. Она идет сюда.

– Кто идет? – я даже за «овечку» его не осадила.

Поглядев туда, куда смотрел Рыжик, я увидела, что к нам направляется парочка.

– Моя знакомая, – объявил Рыжик, ухмыляясь. – Помнишь, я рассказывал про самую необычную девушку Алетана. Это она и есть.

Слишком мало времени, чтобы совладать со своими эмоциями, но я смогла.

Когда к нам подошли Кирион и пигалица, внешне я была спокойна.

Значит, упомянутая ранее аферистка добралась аж до герцога.

Впечатляет.

Но, несмотря на то, что уже ничего не изменить, и Кириона от нее не отвадить, я все же постараюсь раскрыть эту загадочную личность.