Но то, что я услышала только что!..

Не знаю что за язык, но звучит он не менее ругательно…

Подошедший Рыжик пощелкал передо мной пальцами:

– О чем задумалась, овечка моя? – спросил он, опускаясь на соседний стул.

Насмешливый женский голос не дал выместить на Рыжике всю свою злость и растерянность:

– О-о-о, тут такая идиллия. Не будем мешать голубкам, – и, потрепав рыжие вихры, пигалица добавила: – Пока, Сай. Удачи тебе. Но если не сможешь подняться до должности короля, приходи в театр, будешь стихи декламировать. Думаю, успех тебе обеспечен, – она обернулась ко мне: – Пока, Шаян. Желаю всего наилучшего. Рада, что вы двое встретились. Вы прекрасная пара, – и, распрощавшись с нами, эти двое удалились.

Я чуть не фыркнула.

Ага, конечно. Отхватила себе самый лакомый кусочек, и нагло так: «Вы прекрасная пара». Дура невоспитанная. А еще в герцогини подалась.

Я продолжала злобно пыхтеть, глядя вслед удаляющимся. Поэтому видела, как в шайну входит молодой парень, и как ему на шею бросается эта короткошерстная моль. Ничем не примечательное лицо парня расцвело невероятно обаятельной улыбкой, когда он нежно обнимал эту странную девушку.

Приглядевшись, поняла, что они Связанные. Только уже родственными нитями.

Пока я смотрела, как мужчины пожимают друг другу руки, пока смотрела, как они оживленно и радостно болтают, что-то произошло. Со мной. Я вдруг осознала, что у этой чокнутой невзрачной странной девушки есть люди, которым она нужна…

А я?..

Я абсолютно одна в этом мире. После смерти матери не осталось ни одного человека, которому я нужна.

Я переводила взгляд со столика на столик и наблюдала то дружескую беседу, то томное воркование влюбленных, то суматоху шумной семьи…

У всех кто-то есть.

Яркий солнечный день вдруг потускнел, словно набежала туча.

А сердце сжалось…

И появилось странное чувство. Несмотря на свой рост, я вдруг почувствовала себя маленькой… и очень одинокой.

Переводя в очередной раз взгляд, наткнулась на встревоженные глаза, которые теперь переливались бирюзовым.

– Что с тобой, овечка? – спросил Рыжик, пристально меня разглядывая.

Отвернувшись, попросила:

– Давай вернемся в гостиницу. Я устала.

По дороге он пытался выведать у меня причину плохого настроения. Потом пытался развеселить.

Отделалась общими фразами.

Я была ему благодарна. Только есть вещи, которые нужно пережить и осмыслить самой.

Подойдя к своей комнате, я приложила ладонь к сканирующему амулету, и когда дверь открылась, не удержавшись, спросила:

– Как Кирион решился на брак с ней? Ведь она, насколько я поняла, не дворянка и неодаренная. Они не боятся, что дети родятся со слабым даром?

– Нет, не дворянка. Но советую при ней не заикаться об этом. Она ни во что не ставит здешних аристократов. А если ты случайно что-то подобное ляпнешь, она замучает тебя сравнительной статистикой. Что касается детей… - Рыжик мечтательно зажмурился. – У них уже родились близнецы. И дар у них посильнее отцовского.

Невероятно!

– Ладно, – пробормотала я и пожелала: – пусть Килах пошлет хорошие сны.

Зевнув, Рыжик сказал:

– Да. Надо лечь пораньше. Завтра нам предстоит насыщенный день.

Я грустно усмехнулась.

Неужели он думает, что я не заметила, как он не высыпается в эти дни? Что он подсел на восстанавливающие эликсиры?

Он предложил мне экскурсию, но его служебных обязанностей никто не отменял. Днем он сопровождал меня, а ночью, наверное, бегал по своим заданиям. Поэтому и выглядит несколько утомленно. Только я его жалеть не собиралась. Не маленький уже. Сам должен уметь распределить свои силы и не ввязываться в авантюры.

Я закрыла дверь и прошла в комнату.

Значит, близнецы.

Близнецы такая редкость. Они рождаются раз в четыреста-пятьсот лет. Их особенность в том, что их магия совместима. Это значит, что они вдвое сильнее. У Кириона близнецы, резерв которых больше, чем у отца.

Килах! Это какой же силы маги появятся скоро в Ристаларе?!

Неужели их родила эта мелкая?

Неожиданно в дверь постучали.