Тревис открыл сумку на своих коленях и посмотрел на пергамент. Ответ нашелся. Строка ближайшего к Вестникам стала намного ярче с каждой сотней метров.

Такая игра в «Горячо-холодно» привела их в несколько эксцентричную «наливайку». Бар «Кок на Дантерфорте» представлял из себя старую корягу, на которую намотали ленты почтенные британские куртизанки двадцатых. Освещение заполняло помещение красным, не отсвечивая, разве что на черно-белых стенах с вывешенными старинными портретами.

— А вот и новые гости!
– закричал бородатый бармен в фартуке, промышляющий ещё и готовкой лёгких блюд:

— Добро пожаловать в нашу скромненькую бухту. Чем могу вас обслужить, джентельмены?

Роджер тихонько кашлянул и задал:

— Мы тут ищем кое-кого, кто у вас выступает. Внешность не зна…

Осберт его перебил:

— Европеец, лет до тридцати, тёмные волосы, скорее всего короткая причёска. Белый, накаченный, пару ожогов на шее и руках.

— А, Энвил. Да, выступает у нас по вечерам. Сегодня успеете застать, если закажете столик. Замешкаете, займут фанатки с соседних улиц.

— Что, такой красивый?

— Не в этом дело. В прочем, я не хочу портить вам представление об этом парне. В нём бушует огонь, когда он выступает, уж поверьте.

— Так и быть, столик у окна. Мне нужно иногда отворачиваться, чтобы не вырвать.

Вестники вышли на улицу, которую обжигало дневное солнце. Через квартал немец заприметил тележку на колесах и её хозяина.

— Ход-дог будешь? Я проголодался.

— Не откажусь, но ты бы не хотел рассказать, откуда ты знаешь Падшего?

— Видел на фронте.

— И что? Какой он?

Стефан протянул доллар торговцу.

— Да, два будьте добры. В один побольше горчицы.

Обратившись к парню, он добавил:

— Знаешь, есть такие книжки с иллюстрациями? Про героев в пестрых пижамах, «несуших справедливость»?

— Комиксы, что ли?

— Именно. Я сам не увлекался, книжный формат предпочитаю больше. Ты же знаешь о таком персонаже: синий костюм, красный плащ и лазеры из глаз?

— Да, как не знать. Про него крутой фильм выходил в конце семидесятых.

— Короче говоря, точь-в-точь тот парень. Только без всех этих «сил».

— Очень добрый?

— Очень скучный. Уверенный в своей добродетели мальчишка. Такие не меняются с возрастом.

— Кто бы говорил.

После сытного обеда, Осберт и Тревис отправились в долгую прогулку. Достопримечательности не привлекали их внимание, а вот подворотни и закоулки поманивали. Словно разминка по утру, происходила драка с очередным грабителем женских сумочек. Да и нападение на магазин удалось сорвать. Самое время было направится в бар.

Вечерний город ожил. Стуки каблуков дам, торопящихся в очередные клубы, где можно «потусоваться», заполоняли улицы. Дым от стоящих в пробках такси перемешивался с табачным от вышедших на улицу «снять стресс». «Кок» уже забился по сиденьям, кроме забронированного места. Вестники сели туда.

В помещении стало ещё темнее, когда прожектор для сцены лупил своими киловаттами в микрофонную стойку с табуреткой. Дверь в служебное помещение впустила выступающего. Синие джинсы, клетчатая рубашка нараспашку, рукавами затянутая выше локтей, красная футболка под ней и чертовски неподходящая кепка. Казалось, что петь будет дальнобойщик.

Стефан от такой одежды даже немного улыбнулся, пока выступление не началось. Взвыв электрической гитары вместе с барабанными ударами задали тон музыки.

— Заживо сгорел, продай душу огню!
– его голос доносился с колонок.

Осберта захлестнули воспоминания.

— Оберст? Вы в порядке?

Осбер встряхнул головой, чтобы разобраться, что происходит. Обзор застилала большая палатка земляного цвета с трубным каркасом. Сам же немец обеими руками опирался на громадный стол, на котором расстелилась карта местности, расписанная командирами, стоящими вокруг.

— Теуфел, вы вообще нас слушали? — обратился к нему излагавший длинный план наступления военачальник.

— Да. Моё предложение — скомпенсировать всю огненную мощь по флангам, дабы отрезать приближающегося противника.

— Хреново вы нас слушали, при всём моём уважении. Снимки с самолётов говорят, что некоторые батареи усиленно маскируются. Они хотят пробиться, а значит требуется равномерно распределить всё имеющееся вооружение.

Решение было принято, командирский состав вернулся по своим позициям.