– Простите, что я отвлекаю от дел такого серьезного ученого, как вы, господин Данблез, но меня побуждают к этому важные причины. Разрешите осмотреть вашу лабораторию?

– Вот лестница. Первая дверь направо.

Следователь оставил полицейского у двери в комнату служанки, приказав никою не впускать, что вызвало у Иггинса улыбку, и двинулся к лестнице.

Лаборатория Данблеза представляла собой большую круглую комнату. У окна стоял стол. В углу я заметил нечто вроде горна. Всю обстановку составляли два кресла с квадратными спинками, несколько стульев, железная кровать, полки со склянками и вешалка.

Спрятаться можно было только под кроватью. Понво осмотрел ее, конечно же, никого не найдя, и обратился к Данблезу:

– Пожалуйста, проводите нас на третий этаж.

– Вход туда замурован.

– Вами?

– Да. Еще двадцать лет назад, когда я купил этот дом.

– Покажите.

– Пожалуйста.

Мы поднялись выше. Действительно, лестница упиралась в гладкую стену без малейших признаков дверного проема.

– Прошу вас показать остальные части дома, – потребовал Понво.

– Какие именно?

– Пристройку, например. Она, вероятно, соединяется с домом?

– Нет. Она совершенно изолирована. Этой ночью и утром Эльмира была в доме. Дверь заперта, ключи у меня. Значит, она где-то здесь, если не вылезла в окно.

– Полицейские увидели бы это.

– Значит, она в доме, – упрямо повторил Данблез.

– Где? Ее нет ни в лаборатории, ни в комнате. Погреб здесь есть?

Мы спустились в погреб. Он освещался маленьким окном под самым потолком. На грубо сколоченном столе стояли две тарелки и кастрюля с овощами.

– Невероятно, – пробормотал Понво. – Остается осмотреть комнату напротив вашей лаборатории.

– Это очень легко. Помнится, я просто приказал заложить дверь кирпичами.

– Вы по-прежнему утверждаете, что из дома нельзя попасть в пристройку?

– В этом легко убедиться. Посмотрите, нигде нет дверей.

– Я должен удостовериться.

Следователь не мог смириться с неудачей. Но все поиски были тщетны. Ни дверей, ни потайного хода.

Однако Понво не унимался. Он приказал полицейским разрушить кирпичную кладку, закрывавшую вход в комнату на втором этаже. Это и правда было легко. Кирпичи поддались чуть ли ни после третьего удара и нам открылась пустая комната, вся в пыли и паутине.

– Эльмира Бурдон, – позвал следователь, Эльмира Бурдон, вы здесь?

В ответ – тишина.

Итак, мы осмотрели все помещения в доме. Куда же делась служанка? Я терялся в догадках. Окна второго этажа находились в двадцати метрах от земли, а на окнах нижнего этажа были железные решетки, вделанные в камень. Эльмиры Бурдон не было ни в погребе, ни у нее в комнате, ни в лаборатории, ни в замурованной комнате. Следовательно, ее не было в доме.

Но я же собственными глазами видел служанку в лаборатории! Как могла она выйти незамеченной? И тем не менее женщина исчезла, не оставив никаких следов!

Может быть, она убита? Но это маловероятно. Убить ее мог только Данблез, а он не производит впечатления убийцы. Да и где тут можно спрятать труп? Пол в доме и погребе каменный…

– Господин Данблез, я хотел бы задать вам несколько вопросов, – проговорил Понво.

– Я к вашим услугам.

– Быть может, пройдем в лабораторию?

– Да, там нам будет удобнее.

Мы прошли в лабораторию. Данблез сел за стол, предложив нам расположиться в креслах. Иггинс остался стоять у полок.

– Как давно служит у вас Эльмира Бурдон?

– Тридцать лет.

– Вы не замечали ничего странного в ее поведении? – Нет.

– Она часто покидала дом?

– Не знаю. Никогда не спрашивал отчета. От нее требовалось только своевременно подавать мне пищу.

– Она любила вашего сына?

Лицо Данблеза болезненно передернулось.

– Эльмира обожала его.

– Кажется, она вырастила его?

– Да.

– Когда вы видели служанку в последний раз?

– В одиннадцать часов утра.

– В одиннадцать часов! Значит, она исчезла между одиннадцатью и четырьмя часами?

Данблез пожал плечами.

– А сколько раз вы видели служанку вчера?

– В шесть часов утра, потом в одиннадцать и в шесть часов вечера.

– Значит, она подавала вам еду в обычное время? А после шести часов вечера вы ее видели?

– Простите, чуть не забыл. В восемь часов вечера она пришла в лабораторию, как это иногда случалось. Я работал, а она вязала, сидя в кресле. Мы обменялись всего несколькими словами. Эльмира просидела около часа и ушла.

– О чем вы говорили? Данблез заволновался.