Иггинс замолчал.

– Ну? – нетерпеливо спросил Поль.

– Есть еще кое-что…

– Что?

– Адрес и ключ. Улица де-Ламбер, 7 и вот этот ключ. Иггинс показал какой-то ключ, по всей видимости, от дверного замка.

– Один раз Маркас побывал по этому адресу. Ключ был обнаружен у него в кармане. Как он к нему попал? Агенты не знают. Маркас явился к привратнику, сказал, что хозяин квартиры поручил кое-что принести. Квартира находится на первом этаже: две комнаты и крохотная кухонька. Он пробыл там три часа.

– Откуда у вас ключ?

– Один из агентов подменил его, когда делали опись найденного в карманах Маркаса.

– Зачем он вам?

– Я хочу посмотреть эту квартиру.

– Но там может оказаться хозяин…

Нет, я проверял. Кроме Маркаса, там давно никто не появлялся.

– Ну что же, не будем терять время.

– Я думаю, незачем туда идти всем. Вы, Дальтон, останетесь здесь, а мы с Валлорбом сходим посмотреть, что так интересовало Маркаса в квартире на улице Де-Ламбер.

Расспрашивать привратника было бесполезно: это молчаливый человек от которого наши агенты не смогли узнать даже имени жильца. Поэтому Иггинс просто показал ему ключ и спросил, справа или слева находится дверь. Привратник осмотрел ключ, пробурчал: «Слева» и захлопнул окошко.

Два оборота ключа, и дверь открылась. Иггинс чиркнул спичкой. Маленькая комната, которая должна была бы служить гостиной. Никакой мебели.

Мы прошли во вторую комнату. В глубине – смятая постель. Когда Иггинс снова зажег спичку, я заметил на столе рыжий парик и накладную бороду. Иггинс удивленно присвистнул.

На камине я нашел огарок свечи, и мы принялись обыскивать комнату. Но, как оказалось, мы были не первыми. До нашего прихода здесь явно кто-то побывал, о чем свидетельствовал беспорядок в комнате.

Если это был Маркас, то он не очень заботился о том, чтобы его посещение осталось незамеченным. Замки шкафа и двух ящиков оказались взломанными, вещи и белье валялись на полу. Зато письменный стол не тронут. Почему? Был ли Маркас удовлетворен найденным или просто очень торопился?

Комната представляла собой унылое зрелище: железная кровать, шкаф, поцарапанный письменный стол, колченогий стул и два потертых кресла. В шкафу – щетка для волос, ножницы и зеркальце без ручки.

На одно из кресел небрежно брошены зеленовато-полосатые штаны и мятый черный пиджак. За шкафом на гвозде – заботливо завешенные холстом два пальто, зимнее и летнее. В нижнем ящике шкафа – три пары грубых башмаков, черные полуботинки и пара выходной лаковой обуви. Причем полуботинки на номер меньше, чем башмаки.

Иггинс, закончив осмотр, подошел к столу, где лежали парик и борода.

– Вот все, что осталось от Жиля, – сказал он.

– Что вы хотите этим сказать? – не понял я.

– Все, что осталось от Жиля, – повторил Иггинс.

– По-вашему, его больше не существует?

– А кто такой Жиль?

– Но вы-то должны знать.

– За дело, – оборвал меня Иггинс.

Мы взломали ящик письменного стола. Баночки, склянки, тюбики, вазелин – словом, полный набор гримировальных принадлежностей.

– Так я и думал, – прохрипел Иггинс.

– Вы заметили, что обувь разных номеров?

– Да, – он грузно опустился в кресло. – Давайте обдумаем, что мы знаем о Жиле? Помните надпись на часах: «Х=Жиль=М.С.=27002»? 27002 – номер браунинга, украденного механиком у Жака Данблеза. Может, Жиль – это Жак Данблез?

– Чушь! Жак Данблез не мог быть помощником палача. – Дальше… Инициалы М. С. совпадают с первой и последней буквой фамилии Маркаса.

– При желании можно найти много подобных фамилий. Иггинс вздохнул.

– Маркас знал Жиля, так? Или подозревал кого-то, что он Жиль.

– А я совершенно не могу понять, что связывало капитана де Лиманду с Жилем.

– Ничто не заставляет нас предполагать такую связь, – заметил Иггинс. – Мы не знаем, почему капитан нацарапал на часах это уравнение. Но поскольку цифры 27002 совпадают с номером браунинга Жака Данблеза, есть основания предполагать, что убийство де Лиманду связано со смертью девочки, которую увез Жиль, и с убийством сенатора, в саду которого был найден ее труп.

– Чем больше мы узнаем, тем дальше от разгадки этой тайны.

– Да, мы имеем дело с очень хитрым человеком. Он весьма умело заметает следы…

– А вы не забываете…

– Я не забываю ничего, – обидчиво перебил Иггинс. – Вы, наверное, хотите напомнить, что у трупа капитана найден револьвер Жака Данблеза? Но за это время произошло еще немало, например, исчезновение Эльмиры Бурдон.

– Вы считаете, что Ренэ Данблез замешан в этом деле?

– Не знаю. Может, он что-то знает, хотя это маловероятно. Может быть, он не знает ничего, что тоже невероятно.