Ничего, мое возьмешь... , - она запнулась и рассмеялась: надев на среднего роста и телосложения Марину Кузино платье, сшитое на рост 175 и соот-ветствующие габариты, можно было добиться только комического эффекта.
– Ну, в конце концов, купи себе один раз выходное платье!

Ладно, я что-нибудь придумаю. Поползли спать, а? Мне завтра дежурить в редакции, к десяти на работу, а уже третий час ночи...

Иди, несчастная, я тебе в гостевой спальне белье положила, спокойной тебе ночи!

На следующий день неугомонная Кузя не оставила Марину в покое, и, позвонив в середине дня, спросила строгим голосом:

Ты платье купила?

Кузя, побойся бога, я же дежурю, мне до семи вечера не выйти!

Я к семи за тобой подъеду!
– Бросив трубку, она отсекла всякую возмож-ность возражений...

В четвертом по счету магазине Марина взмолилась:

Кузенька, милая, давай я сама выберу, а? Ну не мой это стиль! Вот, смотри, классная юбка!

Юбка действительно была стоящая - длинная, в пол, из мягко струящегося шелка цвета темной ночи (черно-синего, с легким лиловым отблеском), с чуть завышенной талией, широким поясом и высоким, до бедра, разрезом. И цена ее не казалась чрезмерной...

А сверху что?
– грозно поинтересовалась Кузя.
– Опять блузку белую на-пялишь, как в офис?

Вот посмотрите, - робко вмешалась продавщица, - из такого же шелка топ, такая драпировка красивая... И шарф можно подобрать такого же тона шифоновый. Вот, посмотрите, - она метнулась к прилавку и вытащила из глубины небольшую коробочку, - Вот, и вышивка чудесная.

Меряй, - безапелляционно сказала Кузя.

И Марина поплелась мерить. От бесконечных примерочных, зеркал, запаха духов и писка продавщиц у нее разболелась голова, так что ничего уже не хотелось - ни нового платья, ни презентаций, ничего. И если бы не напор Алевтины, сиречь Кузи, она бы сбежала...

Для приема банк снял один из роскошных залов в новейшем бизнес-центре, не скупясь ни на закуски, ни на спиртное, ни на обслугу. Хрусталь сиял, сияли белоснежные куртки официантов, сияли лица банковского ру-ководства, сияло солнце сквозь стрельчатые высокие окна... Марина тихо порадовалась тому, что, послушавшись Кузю, купила замечательную юбку с топом и шарфом, и одета теперь была не хуже прочих дам. Правда, на ней не сверкали килограммы бриллиантов, но в ушах и на пальце скромно по-блескивали вполне приличные сапфиры... Публики было много, человек двести пятьдесят - триста, мужчины в смокингах - удивительное дело, как хорошо выглядят смокинги на любой мужской фигуре!

Кузя немедленно потащила Марину знакомиться "с объектами" - она знала всех, или почти всех, со всеми раскланивалась и всем улыбалась.

Вот смотри, сейчас мы подойдем - это зам. председателя правления, рядом с ним мужик с телевидения, о, а вот этот из "Газпрома"...
– шептала она, медленно фланируя с бокалом шампанского в руке

Ты что, издеваешься? Да у него пузо занимает девять десятых фигуры, ему только борьбой сумо заниматься!

Молчи, ты ничего не понимаешь! Ну ладно, с этим... газпромовским я по-горячилась. В общем, пошли к столам, а то твои братья журналюги все стрескают, и хребтов не оставят!

Кузины опасения были напрасны - объеденные блюда немедленно заменя-лись новыми, правда, фланировать в густой толпе с тарелкой в одной руке и бокалом в другой было очень неудобно, поэтому они остановились у од-ного из столиков возле стены. Ноги от высоких каблуков нещадно гудели, и, как только Кузю окликнул кто-то из банковской стаи, Марина пошла ис-кать сидячее место. Всем хороши фуршеты, главное, народ может легко перемещаться по залу. Тут-то и встретятся как бы невзначай известные всем непримиримые противники. Вот только ходить на высоченных каблуках парадных туфель на протяжении целого вечера... Поневоле вспомнишь Андерсеновскую русалочку!

Слева в глубине зала Марина углядела широкую арку, обрамленную какой-то зеленью. Подойдя ближе, она была приятно удивлена - зелень была жи-вая, не пластмассовая, за аркой просматривался выход во внутренний дво-рик, и там, полуприкрытая каким-то кустом, стояла вожделенная скамейка. Марина приземлилась со вздохом облегчения, поставила свой недопитый бокал на бордюр травяного газончика и прикрыла глаза от удовольствия.

По-моему, шампанское в Вашем бокале выдохлось - я позволил себе при-нести вам другой, - услышала она рядом приятный баритон.

"Надо же, какие у местных официантов приятные голоса!" - подумала Ма-рина, и, не открывая глаз, вежливо ответила:

Спасибо, поставьте, пожалуйста.

Прошу Вас. А Вы позволите мне присесть рядом с Вами, а то ноги просто отваливаются. Как обычно к концу фуршета.

Марина открыла глаза. Это был вовсе не официант - рядом с ее скамейкой с двумя бокалами шампанского в руках стоял предсказанный ей Алевтиной поклонник: стройный брюнет лет сорока, с густой сединой на висках, в прекрасно сидящем смокинге, обаятельно улыбающийся.