Увидев королеву и ее спутницу, молодой человек выступает вперед и склоняется в глубоком поклоне,

Катарина смущается и опускает глаза, а Мелисенда едва заметно улыбается.

Катарина:

Каков наглец, и видано ли дело!

Мелисенда:

Да. Часу не прошло, а он уж тут.

Катарина:

Как часу? Скоро год, как он в Киликию отбыл.

Мелисенда:

Признайся, ты б могла сказать:

"Семь месяцев и ровно три недели".

Или недели я сочла неверно?

Или не ты вздыхала у окна?

Катарина:

Когда?

Мелисенда:

Когда Алисия вернулась

В тот дом, где с нею мы росли.

А следом рыцарь ко дворцу подъехал,

То было ровно час тому назад.

Теперь он вроде статуи, застывший,

У своего подножья прячет взгляд,

А ты со мною без причины споришь.

Катарина:

Простите, государыня, вы правы.

Мелисенда:

А раз права, чего же ты стоишь?

Иди скорей! Я подожду.

Лишь королю ждать не пристало,

Для королевы сей удел привычен.

Катарина кланяется королеве и сдерживая торопливость походки направляется

к застывшему у своей колонны Филиппу. Мелисенда удаляется.

Катарина:

Да разве нет нигде другого места,

Где ты сумел бы повстречать меня?

Филипп:

Я ждать не мог, хотел тебя увидеть...

Катарина:

Молчи, я знаю по себе!

Тебе о том же я готова молвить,

Но во дворце и шагу не ступить,

Чтобы не встретить знающих отца.

Проведай он об этих пылких взглядах...

Филипп:

Но для тебя других мне не найти!

Катарина:

Молчи! Нет, лучше расскажи,

Что матушка твоя, ей лучше?

Филипп:

Хвала Спасителю! Намного.

Отшельник, что в горах скитался,

Отвел беду молитвою своей.

Катарина:

Я рада. Правда, рада за нее!

И за тебя...

Филипп:

А ты? Поверишь ли, я всю дорогу

Мечтал улыбки свет твоей увидеть.

Коня чуть не загнал, бедняга Серый!

Катарина:

Улыбкой только счастье расцветает,

А мне иной теперь обещан цвет.

Отцу на днях пришло письмо с ответом

Барона де Басси. Все решено.

Назначить день венчания осталось.

Он, говорят, был юн, хорош собой

Семнадцать лет тому назад,

Когда отец ему сулил мою младенческую руку.

Филипп:

Семнадцать? Значит, он не стар.

Не стар еще, чтобы со мной сразиться!

Катарина:

Сразиться? И кого сразит

Стальной клинок в жестокой схватке?

Того, кто мне дороже брата,

Когда бы были братья у меня,

Или того, кто словно брат отцу?

Филипп:

Но как же...

Катарина:

Я не знаю.

Наверное, как госпожа моя,

Чей брак устроен был отцом покойным

Из тех же лучших побуждений.

Супруг ее, он так же стар...

Не то чтоб стар, но уж давно не молод.