Не знаю, стоит ли щенок

Того, чтобы ему в живых остаться.

Пускай идет, и если разума ему

Достанет - будет псом когда-нибудь.

Прохожий и его помощники удаляются. Растерянный де Сьёк подбирает меч.

Картина VIII

В саду королевского дворца Мелисенда и Катарина.

Катарина:

Филиппа, госпожа, имели вы в виду?

Да, ваш супруг призвал его к себе.

Мелисенда:

Удачное пути начало

Для рыцаря, желающего имя

Свое прославить ратными делами.

Катарина:

У короля на службе? Вы шутите?

Мелисенда:

Нет, не шучу, с чего бы?

Постой, а чем такая служба

Тебя смущает, милая моя?

Катарина:

Страшусь, а вдруг Филипп, как де Мильи

Таким же станет,

Безжалостным и диким, словно зверь.

Мелисенда:

Барон? О Господи! Ты что, его боишься?

Катарина:

Да, госпожа, немного... Этот шрам его...

Барону только эдак улыбнуться стоит,

Или какое слово скажет он,

А шрам багровый на щеке... как будто сам,

Как будто он живой...

Мелисенда:

Какие глупости, переживать

О красоте лица мужского!

И, может статься, барон

Собою не хорош, зато он верен

Сеньору своему и королю

И тем достоин уваженья.

Катарина:

Но как же так? Я думала,

Размолвки ваши с супругом...

Мелиседа:

С супругом или с королём?

Размолвка с королём иначе - бунт.

По воле Господа и воинов отвагой

Средь стран неверных выпало нам жить.

Теперь и здесь бунт против короля -

Крамола против веры во Христа,

Что укрепилась во Земле Святой.

Катарина:

Но разве графа де Пьюзе

Вы не хотели б видеть королем,

И был бы разве худшим он сеньором?

Мелисенда:

Да, худшим, милая моя.

Мой муж привык совсем иначе

Страною править. Видит Бог,

Жестокость с той, что он преследует врагов,

С такой жестокостью он подданных своих

Карать за вольности привычные не должен.

Однако же важнее во сто крат

Его решительность и опыт

В делах военных. И за то,

За то я многое должна ему прощать,

Должна, но не всегда прощать готова.

А Гуго, он... Он благороден и умен.

Страх? Нет, и страх ему неведом,

Но обмануть его посулами и лестью

Несложно, а король, что носит

Корону Иерусалима,

Сам должен быть коварен и хитер.

С тобой я не шутила, видишь?

Филиппу твоему пойдет на пользу

Быть под рукой такого господина,

Как Фульк Анжуйский.

Катарина:

Ф-ф, моему! Но он совсем не мой!

Теперь его и видеть не хочу!

Мелисенда:

А он мечтает,

Смотри, и знаки подает тебе.

Катарина бросает недовольный взгляд на появившегося из-за деревьев Филиппа. Тот смущен и в то же время очень серьезен.

Мелисенда:

Иди, не стой.

Катарина:

Но госпожа!

Мелисенда:

Ты видишь, он в дорожном платье,