– Можешь, - ответил Йоллэ, слегка удивленно.
– Но тогда наставника тебе выберу я. Говори же скорее, Игъаар. А ты, Рараэ, приготовься к наказанию.

Игъаар, стоящий посреди белогорцев с орлом на плече, сострадательно взглянул на кусающего заранее губы Рараэ. Тот уже развязал пояс, готовясь снять одежду и подставить спину под удары жесткой веревки.

Игъаар с печалью отвел взгляд от Иэ и произнес:

– Я хотел бы, чтобы этого юношу не наказывали!

Никогда еще белогорцы не видали такого изумления на обычно бесстрастном лице их предводителя.

– Молодец!
– воскликнул Иэ, хлопая Игъаара по плечу.
– Йоллэ, ты видишь, что Всесветлый неспроста послал Игъаару птицу своей милости? Что касается меня, я прощаю Рараэ - он и так получил хороший урок, а дважды за одно не наказывают. Что скажет ты, Йоллэ?

Белогорец молча подошел к Иэ и погладил пестрого орла. Тот довольно заквохтал, как большая курица, и раскрыл огромный клюв, требуя лепешку.

– Я согласен с тобой, ло-Иэ, - сказал Йоллэ.
– И забирай этого молодого фроуэрца Игъаара с собой! Я думаю, что для него только ты будешь лучшим наставником.

На лице Игъаара засияла огромная, почти детская улыбка.

– Я рад твоим словам, о предводитель "орлов гор"!
– ответил Иэ.
– Где-то здесь стоит моя хижина... Игъаар! Эалиэ! Нас двое! Запомни этот древний белогорский крик-молитву. Это - твой сегодняшний урок. На этот крик белогорцы спешат на помощь один к другому. И никто не может отказать.

Он положил своему новому ученику руку на плечо.

– Эалиэ!
– произнес Игъаар, вытирая навернувшиеся слезы.

– Эалиэ!
– ответили им Йоллэ все белогорцы, поднимая к солнцу руки.

И тогда Иэ с Игъааром пошли вдоль обрыва по каменистой тропе - искать заброшенную хижину странника-эзэта.

Царевич и его новый друг.

Хижина Иэ стояла на прежнем месте, среди валунов, холодная и осиротелая.

– Надо развести огонь, - сказал эзэт.
– Пойди-ка, сынок, собери хвороста...

Игъаар поспешил исполнить слова своего наставника и отправился в рощицу, вниз, в ущелье, где бежал ручей.

Орел взлетел с плеча Иэ и снова взмыл ввысь, возглашая свою гортанную песнь. Игъаар остановился среди скал и деревьев, и слушал его, а потом стал собирать сухие ветки. Когда их стало достаточно, он собрался связать их в вязанку, но только сейчас сообразил, что у него нет веревки. Расстроенный, он уже решил возвращаться к Иэ, как за его спиной кто-то промолвил:

– Возьми мою веревку, Игъаар!

Игъаар обернулся - перед ним стоял Рараэ.

– Я сплету тебе другую, - добавил сероглазый ученик белогорцев.
– А у тебя, наверное, нет и фляги?

– Нет, - просто ответил Игъаар.

– Белогорские фляги делают из коры деревьев луниэ, - сказал Рараэ и добавил с жаром: - Знаешь, что - возьми мою!

– Спасибо, - ответил Игъаар с признательностью.

– Я хочу быть твоим другом, Игъаар, - продолжал Рараэ.
– Но если ты не согласен принять мою дружбу, прим хотя бы мою благодарность за твое великодушие и прости меня за свои необдуманные слова.

– Я вовсе не сержусь на тебя!
– воскликнул растроганный до глубины души Игъаар.
– Ты говорил мне то, что считал достойным белогорца.

И он взял из его рук жесткую тяжелую веревку, чтобы связать хворост в вязанку.

– Если бы не ты, я получил бы пятьдесят ударов этой веревкой, - сказал Рараэ.

– Пятьдесят!
– ужаснулся Игъаар.
– Это же... это ужасно! Так только рабов наказывают!

– Ты не жалеешь, что пришел в Белые горы?
– с видом умудренного жизненным опытом человека спросил Рараэ.

– О нет!
– вскричал Рараэ, вскидывая вязанку на плечо.
– Пойдем со мной к ло-Иэ - погреешься у огня! А кто твой наставник, Рараэ?

– У меня нет наставника, - печально ответил Рараэ.
– Им был ли-шо Оэлио - он сорвался в пропасть три луны тому назад. Теперь никто не хочет взять меня.

– Ты давно в Белых горах?
– спросил Игъаар.

– Уже второй год, - ответил сероглазый юноша.

– Ты, должно быть, очень много уже знаешь!
– с невольной завистью сказал царевич.
– А мне, наверное, тяжело будет привыкнуть к жизни здесь - после дворца...

Он осекся.

– После дворца?!
– переспросил его Рараэ.
– Так ты из очень знатных!

Игъаар промолчал, а потом произнес:

– Я - такой же сын реки Альсиач,как и ты, Рараэ.

Рараэ более не настаивал на ответе. Так, молча, они и пришли к Иэ. Тот обрадовался, увидев, что вместе с Игъааром к нему пришел и Рараэ. Он пригласил спутника Игъаара в хижину, и велел ему показать новичку, его ученику, как разводить огонь. Молодой белогорец ловко ударил кресалом, и пламя заиграло в сучьях.