Я пробралась через гостиную на кухню. Кроме музыки, не было никаких признаков жизни. Я начала искать рабочий кабинет и спальню. Все равно ничего. С каждым шагом я беспокоилась все больше и больше. Что делать, если я приехала слишком поздно?

– Гарретт? Ты здесь?

Я собиралась начать подниматься вверх по лестнице на второй этаж, когда музыка затихла. Я обернулась, чтобы увидеть, как он стоял в дверях между прихожей и кухней с хитрой усмешкой.

– Ты пришла.

Я понятия не имела, откуда он пришел, или как он сумел прокрасться мимо меня. Я допускала то, что не была супер-внимательной, как моя мама, но школьник не должен был остаться вне поля моего зрения. Я сразу поняла, что что-то не так. Может быть, его улыбка была слишком широка. Может быть, было что-то странное в его голосе.

Или, возможно, странность была в том, как он пересек комнату в три простых шага и прижал меня к стене своим телом.

Я втянула воздух и старалась не закрыть рот. Снова апельсиновая газировка.

– Это не смешно, Гарретт.

Я оттолкнула его, но он только улыбнулся.

– Я рад, что ты, наконец, поняла это.

Он уткнулся носом мне в ухо.

Моя кровь застыла в жилах. Каждый нерв в моем теле дернулся. Это было неправильно. Запутанно. Гарретт был чертовски горячим, но я ни разу не представляла его в своей фантазии. Это не потому, что я не встречалась, скорее Гарретт не был в моем вкусе.

– Послушай меня, - сказал я, толкая немного сильнее. Он не сдвинулся с места. Отчаянное время - отчаянные меры. Я решила воспользоваться тем, чем пользовалась нечасто. Правдой.
– Помнишь Виду? Это странная цыпочка в кафе на днях? Она не была человеком. Она поразила тебя каким-то лучом. Вот откуда все это. Ты на самом деле не любишь меня, ты просто думаешь, что любишь.

Он усмехнулся.

– Это лишь одна из вещей, которые я люблю в тебе. Луч? Пожалуйста. Просто признай это...
– он скользнул кончиками пальцев вниз по моей шее и по плечу под моей футболкой.
– Ты хочешь этого так же, как хочу этого я.

– Подожди...хочу чего?

– Ты ведь это чувствуешь?
– он прижался ко мне. Теплое дыхание врезалось в мою шея и защекотало ухо.

Что-то твердое прижалось к моему животу.

О, я чувствовала это. И это заставляло мурашки бегать по моей коже.

Мое сердце забилось быстрее. Отчаявшись, я набросилась на то, на что могла. Локтем по шеи. Удар по ногам. Ему было наплевать. Все что угодно, это ему нравилось.

Боже.

– Скажи, что ты никогда не думала обо мне.

– Я никогда не думала о тебе, - сказала я, не задумываясь.

– Ты лжешь, - сказал он, двигаясь рукой по моей спине и по моей заднице. Он залез большим пальцем в мой задний карман, пальцы другой руки скользили по правой щеке.

Вот оно.

Я ни о чем не думала, это была просто реакция. Я оттолкнулась от стены и уронила нас обоих на пол. По выражению его лица, когда мы приземлились в запутанную кучу, он мог подумать, что я сдавалась.

Он получил нужное сообщение, когда я ударила коленом ему по яйцам.

Он свернулся в позе эмбриона, шипя от боли.

– Извини, но ты потом меня за это будешь благодарить!

Встав на ноги и достигнув двери, я сделала это незадолго до того, как леденящий рев разрушил тишину.

– Джесси!

Гарретт поднялся в шквале гормонов и топливе ярости. У меня не было возможности обогнать его. Он был быстрее, чем я, он играл в футбольной команде, но я также знала, что он был недотепой, а одной из немногих полезных вещей, которые я получила в наследство от моего отца, была его неестественная грация.

Мне нужен был способ помешать ему. Препятствия. Я бросилась в лес со скоростью чуть меньшей, как если бы я убегала из ада. Позади меня шелестели деревья, когда Гарретт следовал за мной, он был не очень далеко.

– Вернись!
– кричал он. Я никогда не слышала голоса, настолько полного яда.

Впервые в жизни, я фактически боялась...чего-то человеческого.

Отмечая это. Я была в ужасе. Так страшно, что я почти могла почувствовать этот вкус. Как что-то металлическое и грязное, что я не могла выплюнуть. Мне нравился прилив работы. Когда адреналин пульсировал во время погони, и ты боролась, чтобы победить злодея, но это было по-другому. Мое сердце билось так сильно, что это заставило меня думать, что мои ребра могут сломаться в любую минуту, а из-за стука крови в ушах было трудно сосредоточиться. Каждый мускул в моем теле терял контроль, а мой мозг требовал мои ноги двигаться быстрее, но они не двигались. Не могли.

Мне удалось оставаться впереди него, но немного. Несколько раз он подбирался так близко, что я могла чувствовать волнение в воздухе, когда он замахивался на меня. Я открыла рот, чтобы закричать, но не доносилось ни звука. Конечно, нет. Мое тело не могло вздохнуть. Или, может быть, я слишком боялась. Страх делал с телом непонятные вещи, верно? Только Бог знал, какие вещи я видела.

Все глубже и глубже, я пробиралась сквозь кусты и взлетала на упавшие деревья и камни. Гарретт успевал, никогда не отставая более чем на десять или двенадцать футов.