Повреждений корпуса нет. Энергия щитов восстановлена. Корабли сопровождения отчитались об успешном групповом прыжке – первом и, как хотелось надеяться, последнем в своем роде.

Бестужев перевел взгляд на экраны.

Справа двигались атлаки эшрангов. Плотно сомкнутые бронеплиты их корпусов пришли в движение, открывая узкие, подсвеченные изнутри прорези, откуда в космос со вспышками ритмично стартовали эмширы – аэрокосмические истребители.

Слева четыре хондийских крейсера извергались сотнями фаттахов. В торцах боевых надстроек пульсировала плоть – корабли мощными выдохами выбрасывали тающие облачка атмосферы, среди которой роились бионические машины.

Пятый фарум заметно отставал. В сферической части корпуса виднелась широкая трещина. В ее глубинах рдело зарево. «Ничего критического», – мысленно рассудил Бестужев. Вскоре он залечит полученное в процессе материализации повреждение и нагонит крейсерскую группу.

Эшранг, хонди и морф всматривались в россыпи звезд.

По курсу «Прометея» рисунок созвездий заслонял огромный темный объект, к которому сейчас было приковано внимание всех участников рискованной вылазки.

Станция Н-болг, откуда через гиперкосмос пришел отчаянный призыв о помощи.

– Андрей Игоревич, сможешь детализировать?

– Работаю, Егор.

Локационные комплексы крейсера, завершив сканирование по сфере, перефокусировались.

– Обнаружены обломки атлаков, – сообщил Русанов. – Вероятно, личная эскадра Эшора. На вызовы не отвечают. Даю изображение станции.

Н-болг, а если точнее – его жалкие остатки, производил гнетущее, шокирующее впечатление.

Взорам предстала оплавленная, деформированная масса неузнаваемых очертаний. Не уцелело ни одной надстройки. Отсеки внешнего слоя испарились на глубину двух палуб. Сейчас станция напоминала творение безумного скульптора. В ее облике не осталось ничего от тщательно спроектированной космической конструкции. Во многих местах зияли огромные кратеры. Любая из доступных взгляду поверхностей выглядела оплавленной, словно Н-болг погрузили в исполинский тигель и продержали там, пока узлы, детали и механизмы не размягчились от нагрева, полностью утратив функциональность.

Среди повреждений сканеры не фиксировали обычного при возникновении аварийных ситуаций зеленоватого сияния.

Ни одна защитная установка не сработала, поля стазиса не включились, а значит, на борту Н-болга никто не выжил?

Морф так не считал. Он трансформировался в шар, подкатился к Егору Бестужеву, претерпел еще одну стадию пластичных метаморфоз, формируя человекоподобную фигуру – знак уважения, которого удостаивались немногие.

– Ц’Осты уцелели, – отрывисто произнес он. – Не все. Но некоторые.

– Согласен, – поддержал морфа Русанов. В кибернетической ипостаси, располагая вычислительными ресурсами крейсера, он редко не ошибался в прогнозах, чего не скажешь о его прошлой фазе существования.

Фаттахи тем временем устремились к станции, эмширы, сформировав традиционное для эшрангов построение, взяли курс на скопления обломков, образовавшиеся на месте гибели эскадры Эшора.

«Вот оно, действительное единство союзников», – раздраженно подумал Бестужев.

– Фахро!

Хондийский адмирал обернулся.

– Отзови фаттахи! Куда они рванули без приказа?!

– Русанов сказал – в системе никого нет!

– Здесь приказы отдаю я! – отрезал Бестужев.

Эшранг все прекрасно слышал, но даже не шелохнулся, жадно принимая данные от пилотов истребителей.

Еще бы. Гибель Эшора для него – пиршество эмоций и амбиций. Рассудок Ширгвила сейчас пробирается извилистыми тропками интриг и междоусобиц, мысленно прокладывая путь к вершинам власти.

На миг Бестужеву захотелось, чтобы сила, уничтожившая Н-болг, проявила себя, наглядно показав истинную цену разобщенности, но он удержался от проявления эмоций. В окружении чужих они – признак слабости, неуравновешенности.

Не важно, что творится в душе.

– Малые корабли отозвать! – приказал он. – Ширгвил, тебя это касается в первую очередь!

– Хочешь отправиться в логово к морфам?! – не оборачиваясь, прошипел эшранг. – Дело твое, хомо! Но учти, они могли выжить, только отдавшись во власть своей истинной природы! Я не собираюсь иметь дело с тварями, потерявшими рассудок! Меня интересуют эти обломки и…

– Эмширы нужны для прикрытия десантных модулей «Прометея»! Мы прибыли спасти выживших и выяснить, кто уничтожает узловые станции!

– Не лги! – злобно прошипел эшранг. – Ты ищешь дочь! Надеешься, что морфы скажут, была ли она тут в момент нападения!

– Безусловно, я ее ищу! – отрезал Бестужев и добавил: – Кто желает расторгнуть союз, может обследовать планеты на предмет организации тут поселения.

Ширгвил обеспокоенно расправил крылья.

– Что это значит?! – Он соизволил обернуться.

– Корпорация «Прометей» частным извозом не занимается! – пояснил ему бестелесный голос Русанова, прозвучавший из-под свода отсека. – Твой атлак оснащен гиперприводом?