– Прекрасно знаешь, что нет!

– Тогда у тебя проблема. Кланы Эшра лишатся еще одного лидера. Кто там следующий претендент после тебя?

– Я возмущен! – Клекот наполнил отсек, эхом отразился от стен, затем вдруг оборвался хрипом – у морфа лопнуло терпение. Он мгновенно вырастил длинное гибкое щупальце, захлестнул им горло эшранга.

– Прекрати! – осадил его Бестужев, заметив, что эмширы легли на обратный курс. – Фахро, пусть твои корабли займут оборону вот тут. – Он указал хондийскому адмиралу точки дислокации. – Ширгвил, ты с нами?

– Да… – просипел эшранг.

– Отлично. Вот координаты твоей позиции. Две сотни эмширов и фаттахов отправить к границам системы. Столько же патрулируют окрестности Н-болга. «Прометей» выдвигается к станции. На борт пойдут десантные группы корпорации.

– А я? – Ц’Ост сформировал огромный глаз, вопросительно уставился на Егора.

– Хорошо. Ты тоже идешь. – Он переключил канал связи. – Рогозин, задержи старт ДШМ. Примешь на борт морфа.

Вскоре мостик крейсера опустел.

Егор облокотился о перила площадки, долго и пристально смотрел на трехмерную модель уничтоженной узловой станции.

– О чем думаешь? – спросил его Русанов.

– Тебе не следовало вмешиваться. Я в состоянии справиться с «союзниками».

– Зачем они вообще тебе сдались? – фыркнул голос. – Трусы. Ни один не решился остаться на своем флагмане.

– Групповой прыжок – огромный риск. Шансов у «Прометея» больше, все это прекрасно понимают. Они не трусы. Просто – чужие.

– Ты не ответил. Почему мы не действуем сами по себе?

– Сколько узлов обороны у стандартного Н-болга? – задал Бестужев встречный вопрос.

– Тридцать тысяч. Не считая батарей плазмогенераторов.

– Тогда к чему риторические вопросы? Станцию сожгли. В одиночку нам с такой угрозой не справиться. Я даже не уверен, что всех сил обитаемых систем хватит, если дело дойдет до схватки.

– Такую армаду не спрячешь, – высказал сомнение Русанов. – Я тут грубо прикинул. Чтобы уничтожить Н-болг, потребуется не меньше тысячи кораблей.

– Или технологии, намного превосходящие наши, – возразил Бестужев.

– Ты сейчас намекаешь на запись, которую доставил Эшор?

Егор кивнул.

– Я не намекаю. Практически уверен.

– Не торопись. Нужно выяснить, что тут стряслось, прежде чем делать выводы, – ответил Русанов. – Некоторые характеристики звезды меня настораживают. Есть вероятность, что ошибаются все. Нет никакой угрозы.

– Здесь произошла природная катастрофа? – Бестужев искоса взглянул на огарок огромной, отлично защищенной, пережившей тысячелетия конструкции.

– Я пока уточняю данные.

– Тогда включи в список еще пять Н-болгов. Связь с ними потеряна в течение последних суток.

Транспортный корабль сблизился с поврежденными вратами и лег в дрейф.

Лязгнули механизмы. Скулди, расположившись в самодельной подвеске пилотажного кресла, ловко управлялся с манипуляторами. Не прошло и минуты, как механические «лапы» сняли два сегмента обшивки древнего устройства.

– И часто ты такое проделываешь? – поинтересовалась Мишель.

– Угу, – просипел ящер. Он сверился с показаниями датчиков, шумно выдохнул: – Энергии накоплено достаточно. Система Файр сейчас недоступна. Но если переключить вот так… – Манипулятор переставил перемычку. Сыпанули искры. Энергия потекла по новому соединению. – То нам откроется маршрут! – торжествующе заключил ящер.

– Ты подаешь питание на другие врата через гиперкосмос?!

– А разве не так поступили адмиралы объединенного флота, когда атаковали Рубеж? – блеснул знанием новейшей истории Скулди. – Но вообще-то я сам додумался, – без лишней скромности добавил он. – Теперь нам придется немного подождать, пока «на той стороне» зарядятся накопители. А ты скучаешь по своей планете? – Ящер неожиданно сменил тему, изогнулся, глядя на девушку. Ему нравилось разговаривать с хомо. Нравились новые возможности, оказывается, вдвоем намного веселее. И не так страшно уходить в прыжок, результат которого неизвестен. – Я вот скучаю. Очень хочу когда-нибудь вернуться.

Мишель грустно молчала.

У нее не было родного мира. Все воспоминания детства связаны с «Прометеем». По сути, она выросла на борту космического корабля.

– Ну, у хомо ведь есть родная планета? – бесцеремонно допытывался Скулди.

– Есть. Она называется Земля, – ответила Мишель.

– Ты там бывала?

– Нет.

– Почему? – удивился ящер.

Мишель включила навигационную карту сектора.

– Видишь? – Она указала на слияние аномальных структур, образующих подобие вихря. – Земля находится где-то тут. Но прыжок без использования врат слишком опасен. Мои предки – экипаж «Прометея» – подверглись влиянию аномалии времени, когда покинули Солнечную систему.