Гильдас дёрнул его за локоть.

– Сначала осмотрись. Будь осторожен.

Финн оглянулся на измождённого, скорчившегося на полу Кейро, поднял меч и проскользнул в проём.

Дыхание замёрзло в холодном воздухе. Неровная земля шла под уклон. Он сделал несколько шагов, и под подошвами ботинок зашуршало нечто, похожее на жестяной хворост. Наклонившись, он ощупал рукой кучки хрустящего колкого хлама, холодного и влажного. Когда глаза привыкли к темноте, ему показалось, что он стоит в наклонном зале, уставленном колоннами, которые сплетаются вместе где-то в вышине. Добравшись до ближайшей, он озадаченно коснулся её и ощутил изборождённую трещинами и узелками твёрдую поверхность, нащупал набухшие ростки и причудливо переплетающиеся ветки.

– Финн?

В проёме маячил Гильдас.

– Погоди. – Финн прислушался. Дуновение ветерка вызывало едва слышное серебристое позвякивание, тянувшееся, казалось, на многие мили. Через мгновение он сказал: – Тут никого. Проходи.

Металлический шелест.

– Возьми Ключ, Кейро. Нужно закрыть дверь, – велел Гильдас.

– А мы сможем вернуться? – устало спросил Кейро.

– А зачем нам возвращаться? Помоги мне.

Как только собакообразное существо протиснулось в щель, Финн и старик с усилием толкнули дверь, и та с тихим щелчком встала на место.

Шорох. Скребущий звук. В фонаре замерцал, выравниваясь, огонёк.

– Кто-нибудь увидит, – напрягся Кейро.

– Я же говорил – мы тут одни, – успокоил его Финн.

Гильдас высоко поднял фонарь, и беглецы уставились на окружавшие их зловещие столбы.

– Это ещё что такое? – наконец не выдержал Кейро.

Существо припало к земле. Финн даже в темноте знал, что оно не сводит с него глаз.

– Металлические деревья. – Огонёк фонаря осветил заплетённую бороду сапиента и проблеск удовлетворения в его глазах. – Лес, в котором растения состоят из железа, стали и меди, где листва тонка, как фольга, где растут золотые и серебряные плоды. Из стародавних времён до нас дошли рассказы о таких местах. Золотые яблоки, охраняемые чудовищами. Похоже, всё это правда.

Холодный, недвижный воздух нёс в себе непривычное чувство простора. И именно Кейро задал вопрос, на который не мог решиться Финн.

– Мы что, Снаружи?

– Думаешь, всё так просто? – фыркнул Гильдас. – Давай-ка присядем, пока ты не упал.

Он посмотрел на Финна.

– Надо заняться его ранами. Чтобы дождаться Включения Дня, это место годится так же, как любое другое. Можем отдохнуть, даже поесть.

Но Финн отвернулся и в упор уставился на Кейро. Его трясло от холода и усталости, но он упрямо и твёрдо промолвил:

– Прежде чем мы пойдём дальше, я хочу знать, что там нёс Джорманрик. Насчёт смерти Маэстры.

На мгновение наступила тишина. В призрачном свете Кейро бросил на брата раздражённый взгляд и вяло растянулся на шуршащей листве, окровавленными руками откинув назад волосы.

– Ради бога, Финн, думаешь, я знаю?! Ты сам видел – он уже подыхал. Надо же ему было хоть что-то сказать. Ну, соврал. Забей.

Финн посмотрел на него сверху вниз. Ему хотелось настоять, выяснить всё, чтобы хоть как-то избавиться от терзавшего его страха, но Гильдас не позволил.

– Достань еду — так от тебя будет больше пользы.

Сапиент налил в плошку воды, Финн высыпал из сумки несколько упаковок сушёного мяса и фруктов, достал ещё один фонарь и зажёг его от первого. Затем, тщательно утоптав холодные металлические листья, разложил на них несколько одеял и уселся. Его отвлекал лес, шуршащий и звенящий за границей света. Кейро отчаянно ругался, пока Гильдас стягивал с него куртку и рубашку промывал его порезы, жевал травы и запихивал отвратительную едкую массу в рану на его груди.

В темноте, едва видное, корчилось собакообразное создание. Финн вскрыл одну из упаковок с едой и протянул ему.

– Вот, возьми, – прошептал он.

Замотанная в лохмотья, изуродованная язвами лапка схватила еду. Он наблюдал за жующим существом и вспоминал его тихий торопливый голос.

– Кто ты? – спросил он.

– Эта тварь ещё здесь?

Кейро, раздражённо морщась, натянул и зашнуровал куртку. Финн пожал плечами.

– Плюнь ты на эту пакость. – Кейро сел, жадно заглотал кусок мяса и огляделся в поисках добавки. – Оно заразное.

– Ты обязан «этой пакости» жизнью, – заметил Гильдас.

– Как бы не так! – злобно огрызнулся Кейро. – Я сам прихлопнул Джорманрика.

Он повернулся к существу, и вдруг глаза его расширились от ярости, он вскочил, бросился к собаке-рабу и выхватил из его рук что-то тёмное.

– Не тронь мои вещи!

Это была сумка, из которой вывалилась зелёная туника и драгоценный кинжал.

– Вонючий воришка!

Кейро прицелился, чтобы пнуть существо, но оно отпрянуло, и, к всеобщему изумлению, девичий голос произнёс: