Выйти из здания невозможно. Выпрыгнуть через окно и исчезнуть маловероятно: сигнализация - это не пьяный сторож дядя Вася. Но другого выхода я не видел.

В этот проклятый день Валентин Бурков остался на работе на ночь. Слишком быстро менялась обстановка, и времени терять было нельзя. В эту ночь он должен был осуществить операцию по задержанию той компании, которая уже не одну неделю пыталась проникнуть в "грязные дела" Комитета по Колонизации, он, подполковник госбезопасности В.Н.Бурков, временно командированный в Комкол. Несколько часов назад, днем, он потерпел крупную неудачу, когда его, в общем-то, грамотные сотрудники упустили невероятно как ускользнувшую Олни. Бурков считал, что она если не руководит всей группой, то, по крайней мере, вся группа работает в ее интересах.

Но Олни исчезла, сделав напоследок подарок, которого Бурков, при всей своей проницательности, не ожидал. Его подопечный Лобин собрал материалы, и все подтвердилось настолько хорошо, что в причинах "энтропийной эпидемии" более не оставалось сомнений. Все сходилось до жути точно, а это означало, что уже не над дальними колониями, а над самой Землей нависла тень страшной угрозы. Угрозы, о которой они могли бы не подозревать, если бы не догадка Олни. Но этим прощальным приветом девушка подписала себе приговор, и теперь Бурков был просто обязан ее найти. В Представительстве ЮСФЕ от нее открестились, правда, в недрах этой организации творятся иногда странные вещи, так что про нее могли и не знать. Но вот чтобы не знать личный состав подразделения номер 80, это совсем уже не понятно. Все решится лишь тогда, когда Олни окажется в его руках.

Бурков не знал, что его ждет совсем не то будущее, которое ему рисовалось. Хотя до поворотной точки оставались уже не часы - минуты. Был час ночи, когда на стоянку глайдеров Комкола припарковалась большая черная машина, внешне напоминавшая служебные "Тойоты" КГБ. Да это и была "Тойота", только сделанная на спецзаказ. Машину покинули трое, предъявившие удостоверения охране и без замечаний прошедшие автоматический входной контроль. В вестибюле этих троих остановили сотрудники госбезопасности, и через мгновение проверяющие уже лежали на полу с искаженными лицами, медленно приходя в себя и безуспешно пытаясь вспомнить, что же перед этим с ними случилось.

Между тем, вошедшие безошибочно определили, где в темном здании находится кабинет Буркова, должно быть - главная цель их ночного визита. Нейтринный проектор показал, что кабинет не пуст, а хозяин его о чем-то напряженно думает, сидя у терминала. Но они не собирались отступать только из-за этого. Один из них использовал устройство, в просторечии именуемое "глушилкой", которое не должно было дать сработать несовершенной системе сигнализации. Они не знали, что есть дублирующий защищенный канал, кнопка включения которого - на столе у самого подполковника КГБ. Второй из трех визитеров включил молекулярный дезинтегратор. Беззвучно рассыпался в почти незаметную пыль замок в двери...

Бурков оторвал взгляд от терминала услышав, как что-то скрипнуло. В кабинете стояли двое.

– Кристаллету на стол, лицом к стене, руки за голову!
– скомандовал первый. Бурков почувствовал, как чужая темная воля подавила его сознание, лишая возможности думать. Он понял, что сейчас подчинится этому то ли вслух, то ли мысленно отданному приказу. Но подчиняясь, все же нашел способ обмануть противника, одновременно доставая кристаллету и нажимая кнопку сигнализации. В тот момент, когда он бросил на стол кристаллету, где-то внизу здания гулким басовым тоном взвыла сирена.

Подполковник явственно ощутил, что противники не ожидали этого, и на мгновение чужая воля ослабла. Он успел выхватить бластер и слепящим глаза пучком плазмы испепелить стоявшего перед ним. Прежде, чем второй противник разрядил кассету своего бластера в него...

Через полторы минуты в обугленный изнутри кабинет Буркова ворвался взвод охраны. Биодетектор показал, в каком направлении исчезли нападавшие - в направлении места работы старшего инспектора Лобина. Но кабинет Лобина оказался пуст. Нет, следов разрушения здесь не было. Но сам Лобин исчез, как исчезла из дисковода компьютера кристаллета с материалами его работы.

Еще через минуту двое неизвестных пытались покинуть здание, и были обстреляны охраной. Один из них был повержен на пол, получив в грудь целую обойму из электромагнитного пулевого пистолета. Последний оставшийся в живых сумел добежать до глайдерной площадки и уйти на своей специальной "Тойоте".

Через десять минут в здание Комкола прибыл разбуженный сигнализацией, не до конца проснувшийся и не до конца одетый председатель Чирский. Старший опергруппы КГБ майор Родченко доложил ему о налете, о том, что уничтожен Бурков, исчез Лобин, записи на кристаллетах, в здании чуть не начался пожар. Наконец о том, что одного из нападавших можно ревитировать.

Когда Чирский увидел простреленного десятком пуль человека, то заметил лишь, что охрана не умеет стрелять. Казалось бы, гарантированно убитый, неизвестный приходил в себя без ревитации, реанимации и вообще посторонней помощи. Подбежавший врач, молодой специалист, лишь прошептал:

– Этого не может быть!

– Может, - фыркнул Чирский.
– Просто перед вами не человек. Не человек Земли.

Меня разбудил надсадный вой сирены. Была пятница, час ночи, как машинально отметил я по своим часам. Оказалось, что я задремал в рабочем кресле. Сирена продолжала выть, и я, хлопнув рукой по куртке и убедившись, что кристаллета на месте, выскочил в темный коридор. Вдали послышался топот двоих бегущих людей. Не успев задуматься над ситуацией, я отскочил за тяжелую портьеру и увидел, как две темные фигуры приблизившись, заглянули в мой кабинет. "КГБ" - отметил я. Но это было не КГБ. Через секунду незнакомцы покинули кабинет и направились прочь. Неизвестно как в моей голове возникла и оформилась мысль, что исчезать надо сейчас другого удобного момента может и не представиться. Я успел прыгнуть в кабину гравилифта до того, как у моего кабинета оказался весь взвод охраны, да еще с биодетекторами.