– А не разумнее предположить, что заражение не передается совсем?
– я изложил гипотезу Волкова. Бурков заинтересованно выслушал, усмехнулся и сказал:

– Чувствую, у вас есть что-то еще.

– Есть. Почему дело обставлено такой секретностью? Разве для самой Земли не существует угрозы? Разве не нужны сейчас совместные действия, чтобы такую угрозу предотвратить? Не скрываем ли мы каких-то своих промахов?

– По-мнению научного отдела, угроза для Земли отсутствует. От Земли до Авангарда почти пять тысяч светолет, а это много по-сравнению с радиусом зоны поражения. Мы не хотим паники. А просчеты... Просчеты бывают у всех. С вашей идеей я сам ознакомлю научников, хотя мне кажется, что они успели ее изучить и отбросить. Но у вас, Лобин, есть что-то еще.

– ЮСФЕ в курсе наших неприятностей?

– Разумеется. Хотя мы и не очень поощряем их вмешательство в нашу работу. Они получают информацию, но занимаемся мы сами.

– Некий сотрудник этой организации проявлял живой и неподдельный интерес к "Альционе". Это от нее я услышал о существовании программы неделю назад.

Бурков присвистнул:

– Но это действительно сотрудник ЮСФЕ?

– Она предъявила документ. Ответственность только перед подразделением номер 80, ну и так далее.

– Дивизион 80, - задумчиво повторил Бурков, - это контрразведка Командования ЮСФЕ по действиям в чрезвычайных ситуациях, ЭМКОМа. Ну очень крутые ребята. Вы зря молчали целую неделю, Лобин, вас не красит и не на пользу дела. В каких вы отношениях с этой особой?

– В непонятных. Я сам знаком с ней неделю. Это она нашла меня и в лоб задала вопрос об "Альционе". Олни Лаймис, если только это настоящее имя, а не партийная кличка.

Пока я изъяснялся, Бурков успел закинуть запрос в компьютер. Потом я подробно рассказывал историю моих взаимоотношений с Олни, не забыв упомянуть про Меридиан-6 и Федорчука, а под конец вспомнил, что сегодня Олни будет меня ждать, и по какому поводу будет ждать.

– А давайте-ка позвоним ей сейчас, - предложил Бурков. Я пожал плечами, а он уже диктовал код в микрофон. Раздался зуммер ответа, и куратор по безопасности спросил:

– Олни, вы меня слышите?

Славик надавил на кнопку звонка квартиры Олни. Дверь открылась автоматически. Он вошел и наткнулся на оторвавшуюся от терминала удивленную хозяйку.

– Простите, что я в столь ранний час, - криво усмехнулся Волков.

– Это опять вы, несносная личность, - разочарованно констатировала девушка.
– Полагаю, у Виктора возникли трудности, и он послал вас ко мне.

– Его трудности в том, что ему просто задурить голову, - с плохо скрытой неприязнью произнес Славик.
– Вы трагически ошиблись, он меня не посылал.

– Тогда что вам угодно?
– спросила она холодным тоном.

– Мне угодно поговорить с вами, Олни, и на этот раз вы так легко от меня не отделаетесь.

– Вы слишком грубы для того, чтобы с вами стоило разговаривать, поморщилась девушка.
– Смените тон.

– Простите меня за грубость, но во-многом она спровоцирована вами, развел руками Славик. Его лицо приобрело выражение мрачной решимости.

– Хорошо, Волков, я слушаю вас, но если вы будете испытывать мое терпение слишком долго - полицейский участок рядом, и вас ждут ужасные неприятности по-обвинению в нарушении неприкосновенности жилища. И пожалуйста, больше не надо ломать комедию с сотрудником госбезопасности.

– А мне кажется, это вы ломаете комедию, изображая служащую ЮСФЕ. Так что мы квиты.

– Вячеслав Николаевич, я с вами не соревнуюсь, и своего общества вам не навязываю. У вас не может быть ко мне никаких законных претензий, менторским тоном произнесла Олни.

– А налетать на чужие глайдеры - законно?

– Такого греха на моей душе не лежит. Ближе к делу, пока я вас не выставила.

– Вы знакомы с неким Федорчуком Игорем Захаровичем?

– Нет.

– Позавчера вы были у него в гостях.

– Еще раз говорю - нет, - без тени колебания на лице повторила девушка.

– Я наблюдал за вами, Олни, и на этот раз удачнее, чем тогда, когда этот Федорчук врезался в мой глайдер, в субботу, помните?

– Для чего вы за мной следили, хотела бы я знать? И по какому праву?

– А я хочу знать, на кого вы работаете, - наступал Славик.

– На себя, как и все в этой свободной стране.

– Хорошо, вернемся к началу. Нашему общему знакомому Лобину вы сообщили, что вы - служащая ЮСФЕ. Я уже сказал, что считаю это блефом, а ваше удостоверение личности - подделкой.

– Ну уж об этом не вам судить, "криминалист". Обратитесь в Представительство ЮСФЕ в Москве. Если они захотят оказать содействие, то подтвердят, что я действительно работаю в этой организации. Или попросту попросят вас не совать нос в чужие дела. Прошу прощения, Вячеслав Николаевич, но вы отвлекаете меня от работы. Я предлагаю продолжить нашу дискуссию в другое время и в другом месте.