Шрифт:
– Вот и они. С какого года хочешь начать?
Эдриен быстро подсчитала в уме. Если предположить, что Эдит было за девяносто, когда она умерла, а ее семья была убита, судя по портретам, когда ей было максимум восемь или девять лет…
– Давай начнем с середины 1920-х. Боюсь, нам, вероятно, придется просмотреть газеты за несколько лет.
– Без проблем. – Сара улыбнулась так, будто она действительно не видела в этом никаких проблем, и вытащила одну из коробок. – Газеты выходили еженедельно, так что на год их будет не более пятидесяти двух.
Эдриенн кивнула и помогла донести коробку до стола.
– Вероятно нам придется просматривать только первые страницы газет. Вряд ли убийство местной семьи могло не попасть на первую полосу.
Сара сняла крышку с коробки. Небольшое облачко пыли взлетело в воздух, когда они заглянули внутрь. Газеты сильно пожелтели, а некоторые были покрыты пятнами. Сара осторожно вытащила стопку, положила на стол и пролистала.
– Они разложены не в хронологическом порядке, но, по крайней мере, должны быть за один и тот же год. Разделим каждой по стопке?
– Звучит как план, – Эдриенн достала пачку газет и просмотрела заголовки первой из них. – «Великий голод возвращается: несчастье семьи Макгрегор». «Молодые преступники: офицер Стейси выражает беспокойство по поводу возросшего числа гуляк».
В газете под названием «Хроники Ипсона», судя по всему, публиковались исключительно местные новости… которых было очень мало. Каждая газета была толщиной в три-пять страниц и по мере того, как население города менялось, включала в себя некрологи, объявления о продаже дома или новости о чьем-то рождении.
Девушки работали молча, просматривая заголовки газет, прежде чем складывать их в отдельную стопку. Время от времени появлялись новости о жестоких преступлениях – чаще всего о драках у паба – но единственные смерти, о которых сообщалось в газете, происходили по вине несчастного случая или от старости.
Как только первая коробка была изучена, Сара сложила газеты обратно, вернула их на прежнее место на полке и принесла новую коробку. Бумаги внутри промокли, а кое-где типографская краска поплыла. Эдриенн все еще могла разобрать большинство статей, но это сильно замедлило дело.
Они приближались к концу 1929 года, когда Сара вздохнула. Эдриенн с надеждой подняла глаза.
– Ты что-то нашла?
– Это история не об убийстве… это рассказ о доме. Вот, прочти.
Глава 27
Черно-белый вандализм
Сара повернула газету к Эдриенн и указала на крошечную статью в правом нижнем углу.
«В ЭШБЕРН ВОЗВРАЩАЮТСЯ ЖИЛЬЦЫ?
После трагедии, случившейся летом 1918 года в печально известном доме нашего города, собственность Эшбернов пустовала. Тем не менее, не так давно появились слухи о появлении там жильцов. Мистер Пол Гровер рассказал о том, что видел рабочих, несущих пиломатериалы на участок. На вопрос, какова их цель, рабочие заявили, что их наняли для ремонта дома. Некоторые предполагают, что спонсором работ и владельцем дома может оказаться сама мисс Эдит Эшберн, которая не так давно, по достижении своего восемнадцатилетия, унаследовала данное имущество».
– Ты шутишь, – пробормотала Эдриенн и взглянула на дату: 18 июня 1929 года. Но это означало бы, что Эдит было больше ста лет, когда она умерла.
Сара уже стояла на коленях возле коробок и вычитывала их выцветшие этикетки.
– Это была удачная находка. Без нее мы бы просто продолжали бы двигаться вслепую, не понимая, что нам нужно искать раньше.
Эдриенн сложила газеты обратно в коробку, чтобы освободить место для новой упаковки с газетами, которую принесла Сара. Она сняла коробку, вытащила стопку и положила на стол. На этот раз они рылись в пожелтевших листах вместе.
Девушкам пришлось просмотреть лишь четыре издания, прежде чем они нашли то, что искали. Как и подозревала Эдриенн, история попала на первую полосу. Заголовок, набранный крупным жирным шрифтом, гласил:
«УЖАСНАЯ БОЙНЯ В ЭШБЕРНЕ».
Однако текст под ним не имел никакого смысла. Из того, что Эдриенн смогла понять, там говорилось что-то о соревновании по выпасу овец.
Сара подняла газету, и замешательство Эдриенн сменилось удивлением, когда она увидела прямоугольную дыру в листе бумаги. Кто-то тщательно и аккуратно вырезал текст статьи. История об овцах, которую прочла Эдриенн, была напечатана на странице, следующей за первой полосой.
– Невероятно, – прошептала Сара. – Должно быть, кто-то вырезал статью в качестве сувенира.
Все, что осталось от первой страницы – это заголовок и совсем крошечная заметка внизу: «Город в шоке». Эдриенн пробежалась по ней глазами, но там были только интервью соседей, выражавших свою скорбь и тревогу. О смертях не было никакой информации – вероятно, потому, что они были исчерпывающе освещены в основной статье.
– Посмотри в следующей газете, – сказала Эдриенн. – Держу пари, что там будут статьи о продолжении расследования.