Пытаюсь вырваться, но безуспешно, он непоколебим, этот самоуверенный напыщенный индюк!.. Истерично кусаю нижнюю губу, в надежде подобрать правильные слова и вынудить его отпустить меня, но мысли лихорадочно скачут в разные стороны.

Мне ужасно жарко, кажется, моё смущение уже перешло на новый уровень.

И как вообще посторонний мужчина смеет касаться чужой женщины? Про себя хмыкаю.

Периодически забываю о тех дурных нравах, которые царят в данном заведении.

В подтверждении моих нерешительных мыслей, как назло, из одного из залов, мимо которого мы проходим, раздается протяжной женский стон.

Затем ещё, и ещё. А потом я слышу довольный мужской смех. Уже открываю рот, чтобы попытаться достучаться до совести идущего рядом мужчины, но трусливо передумываю, глядя на его серьезный и решительный профиль.

Не хочется перечить ему, я страшусь лишь одного его мрачного взгляда. Рустам входит в главный зал первым, уверенно увлекая меня за собой.

Здесь много людей, и все они рассредоточены на танцполе и возле дальних столиков.

Барная стойка, на удивление пустует, лишь молодой усатый бармен бережно протирает стеклянные пузатые бокалы. Меня сажают в самый угол, и я озадаченно поднимаю голову, хмурым взглядом оглядывая своего нежеланного сопровождающего.

Он же сосредоточено изучает барную карту, не обращая внимания ни на меня, ни на кого-то другого. Яркие блики под потолком почти ослепляют, но я могу порадоваться, что музыка сегодня не играет в том бешеном ритме, как это бывает обычно.

Видимо, в отдельных залах у многих важные встречи, потому что ди-джея за пультом управления я не наблюдаю.

Фух, хоть какая-то маленькая радость от сегодняшней ночи, а то ведь их убийственная музыка бывает слышна даже в саду. Рустам молча протягивает мне бокал с газированной минеральной водой, и уже через секунду отвлекается, что-то шепча на ухо подошедшему охраннику.

Скорее всего, своему, потому что тот не в фирменной униформе.

И когда мужчина согласно кивает и сразу уходит, Рустам принимается за свой виски, медленно смакуя каждый глоток. В моей голове уже не остаётся сил думать о сложившейся ситуации, я смиренно потягиваю из соломенной трубочки минералку.

Мысленно успокаиваю себя, что в случае чего, истошно начну кричать, и сюда прибегут охранники, выставят этого нахала за ворота, а я со спокойной душой смогу уйти. Может, у меня паранойя, но, положив руку на сердце, я могу признаться, что другие мужчины меня так не пугают.

Бросаю на Рустама осторожный взгляд, а он нетерпеливо постукивает пальцами по столешнице, наблюдая за той стороной зала, где скрылся его человек.

И ведь ждёт что-то, может замышлять пакость, кто же знает, что у него на уме. В голову приходит шальная мысль тихо улизнуть, пока мужчина не смотрит в мою сторону, но я с усилием удерживаю себя на месте.

Охранник возвращается быстро, не проходит даже десяти минут.

Информация, которую он говорит Рустаму, явно ему не нравится.

Я отчётливо вижу, как морщина на лбу становится больше, а ноздри широко раздуваются, будто он готовится к прыжку. Хотя, не будто, этот неадекватный действительно срывается с места.

Дёргает меня за локоть, вынуждая подняться, а я от неожиданности громко ахаю.

Мне больно от его грубых прикосновений, я упираюсь ногами, и пытаюсь свободной рукой вцепиться в его запястье, чтобы он ослабил хватку. Меня накрывает неконтролируемая паника, когда мы минуем толпу и поднимаемся на второй этаж.

На мои тихие просьбы отпустить, или пояснить, что происходит, Рустам не реагирует.

В коридоре, возле апартаментов, никого нет, я даже не могу попросить случайного прохожего о помощи.

Но не оставляю тщетных попыток освободиться от захвата, надеясь на благоразумие мужчины. Хотя куда там. Он открывает электронным ключом неприметную дверь и толкает меня вперёд.

Я немею от ужаса и чувствую лёгкое покалывание в пальцах. Находиться в темной комнате с незнакомым мужчиной, ой как не к добру. Словно сквозь пелену слышу его чёткий приказ. — Раздевайся.

Я начинаю задыхаться от возмущения.

Но он действует на опережение, как будто понимает, что по своей воле я перед ним не разденусь.

Его руки притягивают меня к себе властно и несдержанно, настолько резко, что я ягодицам ощущаю чужое возбуждение. Мужские горячие ладони небрежно стягивают с меня блузку, а я, уже не понимая себя от отчаяния, начинаю громко кричать.

Неожиданно для себя, и, наверное, для него.

Может меня услышит охрана? Должны же они патрулировать второй этаж... Однако, мои крики Рустаму не мешают.