Доктор Порша закрывает шторы, символически прерывая наш разговор, прежде чем повернуться к нам.

— Ее жизненные показатели в порядке. Она устала и жаловалась на головную боль, но это нормально. Я не удивлюсь, если она уже снова заснула. Я оставила несколько безрецептурных обезболивающих таблеток на тот случай, если она снова проснется. Продолжайте присматривать за ней, хотя, похоже, что все, что она принимала, выводилось из ее организма достаточно быстро, чтобы не прижилось. Я также подключила ее к капельнице. Это должно уменьшить более серьезные побочные эффекты завтра, если они будут. Как только этот пакет прокапает, в другом не будет необходимости. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, просто позвоните мне. Я буду прямо наверху.

Мои плечи опускаются от облегчения, и я сглатываю, чтобы смочить внезапно пересохшее горло, прежде чем заговорить.

— Спасибо. Спасибо, что помогли ей.

Брови Бена поднимаются, но доктор Порша просто кивает.

— Конечно.

Мой брат перекидывает ее медицинскую сумку через плечо, и она следует за мной, пока я веду ее к двери спальни. Но прежде чем я успеваю переступить порог, Бен останавливает меня на пороге.

— Мы на минутку, доктор, — говорит ей Бен и указывает подбородком в сторону моего фойе, показывая, чтобы она шла дальше.

Я жду, пока она не окажется относительно вне пределов слышимости, прежде чем задать ему вопрос.

— Что?

В данный момент я раздражен тем, что вообще попросил его быть здесь. Я волновался и сходил с ума, когда приказал Джейми связаться с ним, но мне нужен был мой брат, а не кто-то, кто осудил бы меня и усугубил ситуацию.

— Послушай, прости, что я был резок. — Голос Бена на этот раз мягче, поскольку мой близнец, похоже, снова читает мои мысли. — Я просто хочу убедиться, что ты понимаешь, во что ввязываешься. Во что ты втягиваешь нашу семью. Мне нужно было знать, что ты понимаешь риск.

— У тебя нет причин для беспокойства. Я никого не подвергну опасности.

Он поднимает свободную руку, отказываясь от аргументации.

— Хорошо. Надеюсь, это правда. Я больше ничего не скажу. Я доверяю тебе.

Он хлопает меня по плечу и выходит. Коридор ведет прямо в фойе, так что, хотя там темно, им не нужен проводник до двери. Он открывает ее и позволяет доктору Порше пройти первой, прежде чем закрыть за собой, не попрощавшись еще раз.

Я запираю дверь на засов и выключаю весь свет, не обращая внимания на то, что мне придется идти в свою спальню сквозь темноту. Через открытую дверь кажется, что лампа сияет, как восход солнца, на фоне гранатового ковра. Я оставлю ее включенной на случай, если Скарлетт проснется посреди ночи и спросит, где она. Но если она это сделает, я буду рядом, чтобы успокоить ее.

Прежде чем лечь в постель, я поправляю занавески, чтобы ткань не оттягивала капельницу от кожи Скарлетт. Закончив, я снимаю свою парадную рубашку, блейзер и брюки в пользу белой футболки с длинными рукавами и серых спортивных штанов.

Жаль, что я не могу помочь Скарлетт снять румяно-золотой костюм и надеть более удобную одежду. К сожалению, после ночной травмы, я боюсь, что проснуться в новом месте с осознанием того, что относительно незнакомый человек раздел ее, пока она была без сознания, заставит ее перешагнуть через край, с которого она уже чуть не упала.

С другой стороны, пробуждение в объятиях упомянутого незнакомца может иметь тот же эффект.

Нет. Спать рядом с ней не подлежит обсуждению. Я месяцами мечтал обнять Скарлетт, когда засыпал. Сейчас я ни за что не упущу эту возможность.

Я отодвигаю занавеску с другой стороны кровати и проскальзываю под одеяло, пока не оказываюсь в нескольких дюймах от нее. Боясь, что вырву капельницу из ее руки, я не осмеливаюсь пошевелить ее, поэтому довольствуюсь тем, что лежу на боку и смотрю, как она спит на спине.

Свет лампы проникает сквозь тонкие щели между занавесками, прекрасно открывая мне ее профиль. Ее светлая кожа приобретает золотистый оттенок благодаря теплу тусклого света, а темные ресницы веером ложатся на щеки над потемневшими мешками под глазами.

Она плохо спала? Как я мог этого не знать? Я пропустил признаки, указывающие на то, что она на пути к маниакальному состоянию, или произошло что-то еще?

В любом случае, под моим присмотром она будет спать как младенец, я позабочусь об этом. Благодаря своим собственным исследованиям я узнал, что для людей с биполярным расстройством сон — лучшее лекарство, предотвращающее приступ маниакальности.

Надеюсь, мы установили это вовремя.

Я наклоняюсь к ней и целую в висок, поверх тонких детских волосинок, и убираю их назад, чтобы они не щекотали ей лицо.

— Dors bien, mon amour. Завтра наступит новый день.

Сцена 12

ВХОДИ, МАЛЕНЬКАЯ МУЗА

Скарлетт

Моя голова… мне не болит.

Эта мысль заставляет меня нахмуриться еще до того, как я открываю глаза. Что-то подсказывает мне, что прямо сейчас у меня должна быть сильная мигрень, но, если не считать крайнего истощения, отягощающего каждую мышцу, я чувствую себя... Прекрасно.