— Спиртное само по себе не выпьется, сынок.

Я поворачиваюсь на туле и вижу, как отец стряхивает капли дождя со своего пиджака. Он выдвигает стул рядом со мной и кивает бармену.

— Я буду то же, что и он, Арчи.

Как будто Арчи ожидал этой просьбы, он уже наливает моему отцу Midleton в такой же бокал «Гленкэрн», как у меня. Когда он ставит бокал, мой отец хватает его и взбалтывает виски, прежде чем сделать глоток.

— Ах, оно всегда так вкусно пахнет, когда его наливают в первый раз. — Он наклоняет бокал в мою сторону. — Теперь… мы собираемся это сделать или нет, парень?

Его карие глаза оценивают меня так, как может оценить только отец. Гвардия, похоже, забыла, что Финнеас Маккеннон - один из ее самых грозных членов. Один только его взгляд заставлял более слабых людей сбрасывать карты за покерным столом, и это хорошо, поскольку в остальном мой отец дерьмовый игрок.

— Оставь меня в покое. — Я отмахиваюсь от него и возвращаюсь к своему состязанию в гляделках с виски. Но после минутного молчания я смотрю на него. — Как ты узнал, что я здесь?

— Арч, — его кустистые седые брови приподнимаются, когда он кивает в сторону бармена, старательно протирающего стаканы на противоположном конце стойки.

Я чертыхаюсь, прежде чем крикнуть:

— Эй, Арч!

Арчи оборачивается, как будто все это время его не слушал.

— Да?

— Ты позвонил всем в Вегасе и сказал, что я на грани, или только этому ублюдку? — Я хмуро смотрю на него, но он, кажется, не смущен.

— Еще позвонил Мереку. Он сказал, что уже в пути. — Арчи ухмыляется.

Я закатываю глаза и откидываюсь на спинку стула, чтобы выслушать нотации отца.

— У тебя есть люди, которым ты небезразличен, парень. То, чего Гвардия никогда не поймет.

— Великолепно. Вот если бы только женщина, которую я люблю, сделала то же самое.

— Я боялся, что все дело в этом. Ей не понравилась новая татуировка? — он со смехом смотрит на мое предплечье. Его шутка больно ударяет мне в грудь, и я потираю ожог.

— Отвали. Она даже не видела ее.

— Я просто прикалываюсь над тобой, парень. — Сначала он хихикает, но, изучив меня с минуту, прочищает горло. — Я знаю, что это деликатная ситуация, сынок, но вы двое хорошо справились с той участью, которая вам выпала.

Когда я не отвечаю, он вздыхает и наклоняет голову в мою сторону.

— Ты понял, почему мы с твоей мамой решили, что вам с Лейси следует пожениться?

— На благо Гвардии, — бесстрастным тоном повторяю я фразу, которую слышал уже тысячу раз. — У мамы была идея, что наш брак может разрешить разногласия в Гвардии, вызванные ненавистью между двумя семьями. Хотя сегодня вечером, благодаря наблюдению Мерека, я узнал, что многие семьи были не слишком в восторге от этой идеи. У меня есть список идиотов, которые сговорились с Монро, чтобы разлучить нас и отправить О'Ши в тюрьму.

— Хм. — Лицо моего отца краснеет от гнева. — Я должен увидеть этот список. Возможно, нам придется раздать карточки нескольким главам семей, и чем раньше, тем лучше. — Он фыркает, прежде чем продолжить. — Но в любом случае, именно по этой причине я обратился к О'Ши. У нас с твоей мамой была другая цель.

Я хмурю брови.

— Тогда какова была настоящая причина?

— Величайшие лидеры - самые упрямые. Много лет назад я мог бы сказать, что наш Хранитель теряет поддержку среди гвардейцев. Общество упустило из виду тот факт, что мы нуждаемся в людях снаружи так же сильно, как и внутри. Но т ы... — Он указывает своим виски на спину Арчи. — Ты самостоятельно собрал сторонников с обеих сторон. Тебе не нужна Гвардия, и это пугает общество больше, чем любой союз между семьями. Мысль о руководителе, который на самом деле хочет лучшего для всех, а не только для элиты? Вот это опасно.

— Если это не то, чего хочет Гвардия, почему ты хочешь, чтобы я был главным?

— Вот еще, не будь тупицей, парень. Это было сделано для того, чтобы ты мог все изменить! Старики устали. Наши идеи тоже. Новый мир, новая Гвардия должны стать тем, к чему мы на самом деле стремились с самого начала, одним из высших идеалов. Ты и эта твоя маленькая жена-огонек - наша лучшая надежда на то, что весь причиненный нами вред будет исправлен.

— Но теперь все это ушло. — Я качаю головой. — Лейси выбрала Монро.

Мой отец хмурится, и его голос становится грубым.

— Что случилось? Сомневаюсь, что это что-то такое, о чем не сможет позаботиться твоя дикая карта.

— Она покончила со мной. — Я сглатываю и пожимаю плечами. — Так и сказала мне сегодня вечером. Она использовала меня, чтобы помочь своему отцу, а теперь хочет того, что может дать ей Монро, - статус в гвардии. Она сказала, что не хочет в мужья никчемного пьяницу. Я думал, что я ей небезразличен, но, видимо, все это придумало мое сердце.