Черт возьми, как же я благодарен сейчас за это решение. Когда я бегу через площадь, льет проливной дождь, и хотя я звонил Лейси уже семнадцать раз, каждый из звонков был переведен на голосовую почту.

К счастью, у Мерека есть здравый смысл. Я сразу повесил трубку после его последнего предупреждения, но он написал, что позвонил властям и попросил одного из сотрудников, с которым подружился, оставить для меня универсальный ключ на стойке консьержа.

Когда я подхожу к столу, за ним никого нет, но ключ служит мне маяком. Я хватаю его и бросаюсь к лифту.

Оказавшись внутри, я использую универсальный ключ, чтобы отпереть верхний этаж. Когда загорается его значок, я одновременно нажимаю на него и кнопку «закрыть дверь». Я бы помчался вверх по лестнице, если бы знал, что смогу обогнать лифт на пятьдесят пролетов, но у меня нет времени, и этим придется заняться.

Музыка и ожидание во время езды дают мне возможность отдышаться, но я трачу это время на то, чтобы вытащить пистолет из-под рубашки, расхаживать взад-вперед и рвать на себе волосы. Я пристально смотрю на мигающие цифры, которые медленно увеличиваются, и пытаюсь подготовиться к тому, что сейчас увижу. Все это время мой разум, черт возьми, не затыкается.

Что, если бы Мерек смог немедленно связать мое приложение с наблюдением… если бы мы нашли улики, позволяющие освободить ее отца раньше… если бы я доверился своим чертовым инстинктам и снова похитил ее, вместо того чтобы слушать, как она настаивает на том, чтобы быть гребаным жертвенным агнцем.

— Блядь! — я разворачиваюсь и бью кулаком по зеркальной стене лифта. Оно трескается, как паутина, делая мое отражение таким же беспорядочным и разбитым, каким я себя чувствую.

Я хочу сделать это снова, но вместо этого достаю мобильный и начинаю набирать текстовое сообщение. Только когда кровь размазывается по экрану, я понимаю, что ручейки стекают с костяшек моих пальцев. У меня не хватает духу остановить кровотечение, поэтому я протираю экран своей черной рубашкой и пытаюсь снова отправить сообщение одной рукой, но на экране всплывает текст от Мерека.

Мерек

Я уже в пути. Я позвонил всем вашим людям и всем, кто может помочь. Барон только что вышел из комнаты. Похоже, он покидает помещение, но парамедики должны быть там с минуты на минуту.

Мои пальцы порхают по клавиатуре.

Как она?

Вместо того чтобы написать сообщение, он звонит мне, и кровь застывает у меня в жилах.

— Послушай, чувак, подожди меня или парамедиков, ладно? Ты же не хочешь туда идти.

— Черт возьми, я не знаю. Ты же видишь ее на камере, верно? Она одна? С ней все в порядке? Насколько серьезно она ранена?

— Он… он задушил ее. Начав, он не сдавался. Он тоже знал, что делает, потому что сбежал оттуда как преступник. Она еще не очнулась...

— Не говори этого, — рычу я, но Мерек никогда не был из тех, кто уклоняется от правды.

— Она... она ушла, Кайан.

Я с оглушительным треском ударяю мобильником по металлическим дверям. Устройство с хрустом падает на землю, а микроскопические осколки стекла разлетаются в воздухе, как искрящаяся пыль. Я отшатываюсь назад, пока треснувшая стена не останавливает меня. Пистолет приставлен к голове, когда я обеими руками дергаю себя за волосы. Все, что я могу делать, это смотреть, как меняются цифры, слушать, как мимо пролетают этажи, пинг-пинг-пинг, и пытаться отключиться от резкой оптимистичной музыки в лифте, которая насмехается над моим рассудком.

Прежде чем лифт замедляет ход и останавливается, я принимаю стойку и выставляю пистолет перед собой. Как только двери открываются, я выскакиваю в коридор.

Пустой коридор.

Здесь жутко тихо. Предполагается, что на верхнем этаже расположены различные апартаменты, которые Монро использует в качестве своей резиденции, и один из них в самом конце - Elephant Room. Мерек сказал, что Монро ушел, но Лейси все еще здесь. Не означает ли это, что кто-то должен быть начеку?

Нет, если она умерл...

— Нет, — рычу я себе под нос.

Тряхнув головой, я избавляюсь от этой мысли, прежде чем побежать по устланному ковром коридору. Я иду так быстро, как только могу, легкими шагами, стараясь не производить слишком много шума на случай, если кого-то оставили за главного. Тревога обжигает мои легкие, пока я не добираюсь до двери с табличкой в виде слона рядом с ней и не понимаю, что все это время задерживал дыхание. Мои ноги замедляются, и я заставляю себя дышать, преодолевая страх, поселившийся в моей груди.