Туалет и душ были общими и находились в конце коридора. Я направился туда и обнаружил очередь. Не слишком большую, всего три человека.

Между собой они не разговаривали и даже старались друг на друга не смотреть. Видимо, проживать в таких местах было слишком стыдно, и они делали вид, что все это происходит не с ними, а с кем-то другим. Ну, или просто здесь слишком опасный район и никто не хотел лезть в чужие дела.

Меня это устраивало.

Приняв душ, я протиснулся мимо новой очереди и вернулся к себе в номер. Сел на единственный стул и принялся изучать капсулу.

Это была устаревшая модель тридцатилетней или сорокалетней давности. Толстый кабель шел от нее в стену, снаружи была только одна кнопка, нажатие на которую откидывало исцарапанную до полной непрозрачности крышку. Если эта штука когда-нибудь и проходила техобслуживание, делалось это задолго до моего рождения. Надеюсь, хотя бы гель в ней поменяли…

Зря я, наверное, помылся.

Штука была максимально дешевая и в ней отсутствовала даже система автодезинфекции после каждого сеанса, и я сильно сомневался, что персонал ночлежки делал это вручную хотя бы раз в неделю. Ложиться в этот гроб, в котором до меня побывало бессчетное количество постояльцев, мне совершенно не хотелось. Есть такое понятие, как гигиена знаете ли…

В припортовом отеле наверняка стояли более дорогие капсулы, но там и номер бы стоил на порядок дороже, а все эти перелеты и так недешевы. Денег от Консорциума я еще не получил, и пока все не выгорит, мне придется экономить. Особенно если учесть, что здесь, на Эпсилон-Центре, все может и не закончиться, и мне придется двигать куда-то еще.

Смирившись с неизбежным, я разделся, сунул вещи в предназначенную для этого нишу, наклонился к капсуле и нажал на единственную кнопку.

Ничего не произошло. Я нажал еще раз, услышал писк пытающегося сработать замка, и… снова ничего. Третья попытка также ни к чему не привела, а четвертую я предпринять не успел, потому что кто-то постучал в мою дверь.

Я не ждал неприятностей, по крайней мере, не ждал их так рано, поэтому протянул руку (комната была такая маленькая, что мне даже шагу сделать не пришлось) и открыл.

В коридоре обнаружилась девица в бесформенном синем комбинезона и с большой сумкой через плечо. У девицы были зеленые волосы, зеленые глаза и нейроинтерфейс на выглядывавшем из воротника левом плече.

— Ого, — сказала девица. — А ты ничего такой.

— Могу чем-то помочь?

— Скорее, я тебе, — сказала она. — Выпивка, девочки-мальчики, таблетки, порошки, капсулы, инъекции?

— Не интересует, — сказал я.

— Цифрой бахаешься? Есть отменный крышеснос, только на прошлой неделе напрогали…

— Ты здесь работаешь? — спросил я.

— Нет, у меня просто хобби такое, — сказала она. — Меня, кстати, Джей зовут. А тебя?

— Марк, — сказал я. — Джей — это имя или буква?

— Тебе пока хватит того, что ты знаешь, — сказала она. — Проблемы?

— Мне нужен техник, — сказал я.

Она ухмыльнулась, даже не пытаясь заглянуть мне через плечо.

— Капсула не открывается?

— Угу, — подтвердил я.

— Могу открыть, — сказала она.

— Уж будь любезна.

— Заметано, — скорее всего, она здесь работала и помощь постояльцам входила в ее обязанности, но иногда проще заплатить, чем тратить время на мелкие препирательства.

— Деньги вперед, — она протянула руку.

Я отдал команду платежному чипу, провел ладонью над ее рукой. Получив сигнал об успешной транзакции, Джей снова ухмыльнулась.

— А ты не местный, да? — сказала она.

— Как ты определила?

Она оглядела меня с головы до ног.

— Ни татуировок, ни пирсинга, ни имплантов. Генетический код, наверное, чистый, как… — видимо, в ее окружении были определенные проблемы с гигиеной, потому что подходящее сравнение она искала долго. — … только что синтезированный банан.

— Ах, если бы, — притворно вздохнул я.

— Что ты здесь вообще делаешь? — спросила она. — Ты коп под прикрытием?

— А тут есть работа для копа под прикрытием? — спросил я.

— Да, ты прав, тут никто особо и не скрывается, — сказала она. — Может, ты в бегах? Задолжал кому-то кучу денег и пытаешься залечь на дно в этой дыре?

— Все проще, — сказал я. — Я работаю на имперскую разведку.

— Я сразу это поняла, но не стала говорить. Не хотела тебя смущать.

— Так что с капсулой?

— Посторонись, — сказала она.

Протиснувшись между мной и стеной, она встала напротив гроба и задумчиво на него посмотрела.

— Все может оказаться куда сложнее, чем я изначально предполагала…

— Больше десятки не дам.

— А я думала, имперские разведчики славятся своей щедростью.

— Мне еще взятку вице-президенту давать и политические убийства организовывать.