— Мёрфи, это ты так думаешь, потому что твоё сознание… особенное. — В её голосе прозвучала едва уловимая теплота. — Но обычные новианцы за полтысячелетия успевают всё: от создания семьи до экзистенциального кризиса. Представь — за последние двести тысяч лет наша цивилизация практически не изменилась. Что тут ещё изобретать?

В сознании Краса мелькнул образ древнего учёного, скучающе ковыряющегося в уже тысячу раз усовершенствованном антигравитаторе.

— Статистика безжалостна, — продолжала М. У. Л. И. — Как только их дети обзаводятся собственными чадами, бабушки с дедушками начинают медленно угасать эмпатически. Сначала теряют интерес к хобби, развлечениям, потом к друзьям и пище… Через сотню лет большинство просто сдаётся. Затем сознание передают Маме, — голос М. У. Л. И. стал почти механическим. — Она его… перезагружает. На пятьсот лет оно становится частью анероидной системы, работая под полным контролем ИИ. А после — получает новый шанс: свежее тело и выбор — жить на поверхности или вернуться под купол. И знаешь что?

«И?» — нетерпеливо мысленно подался вперёд Крас.

— Остаются все, без исключения, но больше сотни лет в верхнем мире по собственному желанию, никто ещё не выдержал. Мама не может предложить одну единственную вещь, которая так необходима людям, а именно рождение ребёнка. Так что после того как сознание поживёт в верхнем мире, прожигая свою жизнь на всю катушку, они возвращаются обратно в нижний и начинают новую жизнь в теле ребёнка.

«Знаешь, это вот прям максимально круто, видимо, поэтому каждый человек на Нове имеет ядро и вполне сносный энергокаркас, вот только зря пользоваться ими не умеют. На Земле сплошь и рядом разделёнки и души клоны, а тут видимо цельные. Интересно.»

— Мёрфи, ты заблуждаешься, — неожиданно прервала его размышления М. У. Л. И., и в её голосе впервые прозвучали нотки академического превосходства.

Крас мысленно нахмурился: «В чём именно?»

— В том, что люди не умеют пользоваться энергокаркасом. Импланты которые ставят себе разумные именно это и делают. Я проанализировала твои способности и поняла, что по сути они имеют схожие параметры, вот только ты от природы силён, а жители Новы используют импланты в виде костылей, для связи с энергокаркасом.

В его сознании всплыли голографические схемы, сравнивающие его природные способности с новианскими имплантами.

«Ладно, признаю, в имплантах не разбирался. Но зато теперь я как следует уяснил ваш местный круговорот душ… тьфу, сознаний. Слушай, а почему у вас никто не беременеет „случайно“? На Земле это было национальным видом спорта.»

— Все новианцы стерильны с рождения, — ответила М. У. Л. И. с холодноватой точностью медтерминала. — Побочный эффект обязательной генной терапии. У женщин даже нет менструального цикла — представь, сколько нервных клеток это экономит! — Её голос вдруг стал многозначительным: — Но я рассказала тебе только о легальных способах завести потомство. Хочешь узнать о… альтернативных вариантах?

Крас почувствовал, как в его сознании вспыхивает любопытство:

«Ну теперь-то ты обязана рассказать! Раз начала — заканчивай.»

— Государственная монополия на деторождение — золотое дно для казны, — зашептала М. У. Л. И., будто раскрывая государственную тайну. — Мама-то очищает сознания бесплатно, а вот гражданам это обходится в сотню миллионов! — В её голосе появились явные нотки сарказма. — Но если очень богатая пара достанет «дикое», незарегистрированное сознание…

Крас мысленно поднял бровь: «Каким образом?»

— … и доплатит ещё пятьдесят миллионов, — продолжила М. У. Л. И., игнорируя его вопрос, — они могут либо прыгнуть через очередь, либо завести второго или третьего ребёнка. Хотя… единственный способ добыть такое сознание — поймать и «разобрать» одичалого.

В сознании Краса вдруг возник образ охотников, выслеживающих в руинах поверхности обезумевших от одиночества существ, чтобы вырвать из них последнее, что делает их людьми. От этой мысли по спине пробежали мурашки.

«Воу-воу-воу, стоп!» — мысленно затормозил Крас, ощущая, как его сознание перегружается от нового пласта информации. «Давай на этом месте подробнее. Габенс что-то бормотал про них, но так, мельком. Что за зверюга такая — этот одичалый?»

В его голове возникла объёмная голограмма, изображающая существо, лишь отдаленно напоминающее человека.

— Технически — это такой же человек, — пояснила М. У. Л. И., — только лишившийся всего, что делает нас разумными. Когда Нова разделилась, население распределилось почти поровну — по семьсот миллионов под куполом и на поверхности. — В её голосе появились металлические нотки. — Но сегодня в нижнем мире официально числится сотня миллионов одичалых.

Картинка в сознании Краса сменилась — теперь он видел существо с дикими глазами, покрытое шрамами и грязью, передвигающееся на четвереньках по руинам древнего города.

— Они обитают в аномальных зонах — преимущественно в джунглях, горных пещерах и мёртвых лесах. — М. У. Л. И. сделала паузу. — И знаешь самое странное? В этих зонах обычные люди слабеют, а одичалые… преображаются. Становятся сильнее, быстрее, выносливее. Как будто сама планета даёт им силу.

Крас непроизвольно сглотнул, представив встречу с таким «улучшенным» существом в тёмном переулке нижнего мира.

— Так что богатеи нанимают отряды для отлова одичалых, и платят им очень хорошие деньги за добычу нового незарегистрированного сознания.