Я поковылял к пожарной машине и начал помогать её толкать. Задача оказалась непростая. Колеса буксовали, шины выли по напольному покрытию, но сцепления не было. Мотор ревел, люди напрягались, вены на шеях наливались кровью. Металл скрипел, резина дымилась. На секунду показалось, что ничего не выйдет…

И вдруг рывок!

Пожарная машина содрогнулась и с грохотом вырвалась назад, оставляя за собой груду обломков. Филин провёл рукой по мокрому лбу. Всем сразу морально полегчало, даже посыпались смешки.

— А не хило ты этого краба уделал! — похвалила Искра с усмешкой.

— Спасибо, — ответил я.

— Лёша, ты ранен? — спохватилась Вера. — Я тебе сейчас помогу!

— В машине, Вера, — сказал я. — По дороге меня подлатаешь.

Все направились через пролом к пожарке. Но Вера в последний момент обернулась и закричала:

— Стойте! Там… там человек! Живой!

Она указывала на дальний угол зала, где среди обломков и тел действительно виднелась фигура в камуфляже. Человек стонал, пытаясь приподняться.

— Да хрен с ним! — отмахнулся Гвоздь. — У нас своих проблем хватает. Слизняк, пристрели его, чтоб не мучился! И чтоб кристалл не пропал.

Отморозок расплылся в счастливой улыбке и выпрыгнул из машины. Уже вскинул пистолет и прицелился, когда Вера подскочила к нему.

— Нет! Не стреляй!

Она резко дёрнула Слизняка за руку.

ВЫСТРЕЛ!

Пуля ушла вверх, в потолок, осыпав ещё немного штукатурки. Слизняк взревел от неожиданности и ярости, его лицо побагровело.

— Ты что творишь, сука?! — он замахнулся на Веру, но Борис тут же перехватил его руку.

— Не тронь её, урод!

Вера, не обращая внимания на разъярённого Слизняка, уже подбежала к раненому.

— Ему нужна помощь! Мы не можем его бросить! Он… он ещё дышит!

— Вера, это враг, — твёрдо сказал я. — Мы только что перебили всю его группу.

— Он человек! — её глаза наполнились слезами. — И он ранен! Я… я не могу…

Мне эта затея совсем не понравилась.

Тащить с собой раненого врага, который, если выживет, наверняка попытается нам отомстить — сомнительное удовольствие. Но Вера смотрела на меня с такой отчаянной мольбой, что я не смог отказать. Да и что-то человеческое во мне ещё оставалось, как бы я ни пытался это заглушить прагматизмом нового мира.

— Ладно, — я вздохнул. — Поможем. Борис, тащи его. Но если он начнёт создавать проблемы…

Борис молча кивнул, подхватил раненого подмышки и поволок к машине.

Над головой у того светилась надпись:

Женя — Уровень 3

Он едва волок ноги. Гвоздь сплюнул на землю, но промолчал. Видимо, решил, что спорить сейчас бесполезно. Пожарная машина, теперь уже свободная, но с помятым «лицом», стояла посреди улицы, дизель тихо постукивал.

Раненого запихнули в машину. Потом вернулись, собрали ещё боеприпасов, раз уже наступило затишье. Забрались в пожарку. Тронулись. Накатила волна облегчения.

Вера порывалась сперва заняться нашим гостем, но Борис остановил её:

— Нет, сперва Лёшке помоги.

Она виновато посмотрела на меня, промыла мои раны и приступила к лечению.

Штырь гнал пожарку по разбитым улицам, стараясь объезжать завалы и скопления мутантов. Парочку по дороге сбил и получил немного опыта.

— Нужно найти новое укрытие, — сказал Филин.

— Лучше не останавливаться, — возразил я, — и гнать, пока не выберемся из Москвы. У нас достаточно кристаллов, чтобы поддерживать работу машины. По дороге сменим её на другую, менее повреждённую.

— Нет, нужно отдохнуть, — возразил Филин. — Если по дороге нам снова придётся сражаться, мы не выстоим.

Все посмотрели на Гвоздя. Тот стиснул челюсти, но сказал:

— Ищем укрытие.

Я тяжело и шумно выдохнул.

— И куда мы направимся, умники? — язвительно поинтересовалась Искра, которая, несмотря на пережитый ужас, уже пришла в себя и снова источала сарказм. — Может, в Кремль? Говорят, там стены толстые.

— А я знаю место! — неожиданно встрял Слизняк. — Салон красоты «Афродита»! Моя бывшая там работала. Зараза ещё та, надеюсь, мутанты сожрали её кишки. Короче, там точно ничем не поживишься, значит, и мутантам, и другим мародёрам он нафиг не нужен! А внутри — мягкие кресла, зеркала… Красота!

— Боже, какой ты ушлёпок, — Искра потёрла виски. — У меня от тебя мигрень.

— Во! И бывшая также говорила!

Идея бредовая, но логика есть. Салон красоты действительно вряд ли привлечёт чьё-то внимание. Еды, оружия и медикаментов там нет, а лак для волос теперь не актуален. Хотя я могу его приспособить для своих самоделок.