— Чувствует себя, как дома, – подумала она. Но это казалось правильным. Казалось, что квартира ждала его. В интерьере всегда чего-то не хватало. Теперь дом казался завершенным.

Допрос в ФБПР прошёл гладко благодаря связям Оливера. Объяснение причин, почему три человека без сознания потребовало некоторой изобретательности, но федералы, похоже, удовлетворились историей о безумном, одарённом, сумасшедшем, возможном лидере культа. Паранормальная атмосфера Подземного мира подавила её хрупкие, нестабильные чувства.

В процессе, подражательница Вэнса, вывела из строя двух невинных мужчин, которых она загипнотизировала. Берт и Бакстер Ричи пришли в себя, но не помнили, как они оказались вовлечёнными в похищение или что произошло в Подземном мире после этого – по крайней мере, так они утверждали. Леона им верила.

Они с Оливером были довольны тем, что оба мужчины оказались невиновны, поскольку находились в гипнотическом трансе. Важно было то, что Мелоди Палантин теперь находилась в охраняемой камере тюремной больницы для пси-неустойчивых . Она была в сознании, но бредила. Врачи не знали, восстановятся ли её паранормальные способности, но были готовы при необходимости ввести препараты, подавляющие пси-способности.

Тем временем, деньги уже рекой текли в крошечное поселение Лост-Крик благодаря появлению ФБПР, Гильдии и множества одержимых пара-археологов. Леона подумала, что скоро в гостинице будет полно постояльцев. А в закусочной не протолкнуться.

Она села напротив Оливера и взяла бокал вина. – Ты сказал, что мамы позвонили тебе, когда мой с ними разговор прервался.

— Да, – Оливер жевал крендель. – Мне сказали, что ты села в машину у особняка и узнала женщину на фотографии. Потом твой телефон отключился. Они забеспокоились, когда не смогли связаться с тобой. Они отправили мне фотографию.

— И ты узнал Дарлу Прайс, также известную как Мелоди Палантин.

— Тут же. Евгения и Шарлотта рассказали мне всё, что им о ней известно. Этого было более чем достаточно, чтобы сразу поставить её на первое место в списке подозреваемых. Но я не мог её отследить, потому что её янтарь был заблокирован. А твой мертв.

— Понятно. – Леона хотела сделать глоток вина, но остановилась, когда поняла. – Евгения и Шарлотта? Ты с моими мамами на ты и по имени?

— Да, – Оливер отпил вина и потянулся за еще одним крендельком.

Леона откашлялась. – Мы ещё вернёмся к этому. Кстати, я так понимаю, что, когда ты понял, что мой янтарь не отвечает, ты стал отслеживать кристалл Рокси.

— Ага, – глаза Оливера заблестели от восхищения. – Не то чтобы тебя нужно было спасать. Ты контролировала ситуацию, когда я пришёл.

Она вздрогнула. – Может быть. Едва. Пока не появился Берт.

— У меня такое чувство, что ты бы с ним тоже справилась. Женщины Гриффин умеют о себе позаботиться.

Она покачала головой. – Нет, мои чувства были истощены после того, как я одолела Мелоди Паланти. И до сих пор истощены.

— Что именно ты сделала с Палантин? – Оливер откусил кренделек.

Леона встретилась с ним взглядом. – Не уверена. Но, думаю, теперь могу сказать, что наконец-то открыла свой третий талант.

— И что произошло?

— Каким-то образом мне удалось использовать янтарь Бакстера Ричи, чтобы вытянуть энергию из кварца вокруг меня и направить ее прямо в ауру Мелоди.

Оливер замер, не дожевав. Потом улыбнулся. – Чёрт, женщина. Это потрясающе.

— Нет, – сказала она, – это было просто ужасно. Как будто я направляла молнию. Это было так больно, что я не могу объяснить. Я подумала, не сожгла ли я свой собственный талант. Даже представить себе не могу, что чувствовала она. И бедный Ричи упал без сознания.

Оливер смотрел на неё какое-то время. – Но сейчас ты в порядке?

Она кивнула. – Думаю, да. Чувства приходят в норму. Но я точно не хочу в ближайшее время снова повторять этот трюк.

В его глазах появилось мрачное понимание. – Мне знакомо это чувство. Мне тоже не нравится использовать свой талант по максимуму.

— Берт назвал тебя монстром.

— Он прав. Я мог убить его своим талантом.

— Но ты этого не сделал.

— Нет, – сказал он. – Я этого не сделал.

— По этой причине расторгли твой брак? Твоя жена стала свидетельницей твоего таланта в действии?

Губы Оливера кривились. – Жена тут ни причём, помнишь? Аннулирование брака означает, что мы никогда не были женаты. Но да, она видела на что способен мой талант, и я тоже.

— Ты хочешь сказать, что не знал, что можешь так?

— Только когда у меня возникла в этом необходимость. Я доверился инстинкту и интуиции.

Она отпила вина. – Понимаю.

— На меня и мою не-жену напали во время медового месяца. Один из тех случаев не то время, не то место. Парочка одаренных с маг-резами. Я чуть не прикончил их обоих.