— Ага, — кивнул я.

— Судя по твоему хвастливому тону, дела идут отлично, и твоему отцу не нужна была дубрава. Можешь это рассматривать как разорительный набег. Хорошо, что Джанашия вмешался вовремя.

— Но зачем тогда самому светить лицом? — возразил я. — Не проще было послать наeмников в масках и всё сжечь?

— Тоже верно, — кивнула Марина. — Тогда мы возвращаемся к обоснованию захвата. Итак, сразу скажу, даже при связях барона, провернуть аферу с документами невозможно. Рындин не оставил ему и шанса: сам президент Вотчинной коллегии подписал твой вводный лист и дубрава под железной юридической защитой.

— Верно.

— Мотивация ответчика такая: Денису Юрьевичу жизненно необходимо сохранить лицо перед соседями, потому он так настаивает на лишении тебя земли, — продолжала она рассуждать и тут щёлкнула пальцами. — Судя по его предыдущему поведению, Владимир, он опять мухлюет. Дело даже не в законных методах, у него что-то есть на тебя. Он отдал тебе всю сумму по векселям, спутавшись с Тевтонским орденом. Главные бенефициары — они, но сделал это барон после неудачной попытки захвата дубравы.

Я взглядом показал официанту поставить наш десерт — столбик мороженого в шоколаде со спелой клубникой, а Троекурская развязывала цепочку событий дальше.

— Первоначальный план провалился — твоего отца напугал Гио. Опытный маг земли слишком жирный козырь, и Черноярский перестраховался. Даже недавний добор в дружину из пятидесяти новичков-гридней не внушил ему чувство безопасности. Отсюда найм собственного мага с покровительством тевтонцев… Мне кажется, Денис Юрьевич пудрит тебе мозги, Владимир. Не знаю, он сам или кто другой надоумил помириться на время, но то обоснование захвата мне не даёт покоя. Как бы оно не вылезло на судебном процессе.

— Браво, — похлопал я, Троекурская пришла к тем же выводам, что и я. — Как думаешь, что бы это могло быть?

— В перспективе — заложник, но… Нет, не то, — она постучала пальцами по столу. — Это может быть что-то, чего ты боишься лишиться. Что-то, что тебе дорого, либо имеет большую практическую ценность.

Мы оба замолчали, работая над мороженым, как вдруг двери ресторана распахнулись, и вошла чета Кислица. Я обернулся и тут же был удостоен тёплого взгляда кокетки Натали. Девушка наперекор шикнувшей недовольной матери упорхнула к нашему столику. Я увидел, как старая баронесса уничтожающе смотрит на мужа.

— Добрый вечер, Владимир, а вы опять здесь, что это как не знак свыше?

Я встал, чтобы поприветствовать наследницу Кислица.

— Наталья Антоновна, не знаю насчeт сошедшихся звeзд, но я рад вас видеть в добром здравии, — вежливо улыбнулся я и едва заметно коснулся губами протянутой руки, пахнуло приятным ароматом.

Девушка не поздоровалась и не обратила внимания на Троекурскую, сразу защебетав о своeм.

— В прошлый раз вы так скоропостижно покинули нас, считаю это несправедливым. Я на вас тогда серьeзно обиделась.

— Что же мне сделать, чтобы вы сменили гнев на милость? — разыграл я поддельное волнение, принимая правила этой игры.

— Немедленно прекратите меня называть Наталья Антоновна, можно просто Натали, так и чувствую в ваших словах осыпавшуюся пудру десятков лет. Будем же друзьями, а друзья обращаются друг к другу по имени, — безапелляционно заявила она, строя глазки.

— Я всего лишь соблюдал приличия. Между прочим, это всe ваше влияние — такими темпами скоро не стыдно будет и во дворец к Его Величеству заглянуть.

— Пффф, вы мне льстите, — ответила Кислица и состроила матери рожицу.

— Ваши родители не одобряют наше общение? — заметил я.

— Да всe равно, что они там думают, — отмахнулась она. — Как я скажу, так и будет. Папенька во мне души не чает, так что я бессовестно вью из него верeвки.

— Значит, вы папина дочка?

— Да-а, — самодовольно протянула она. — А как идут дела в вашем новом феоде? Сегодня все видели, как туда летала виверна, — подставив ладонь ко рту, зачем-то прошептала она и пододвинулась ближе, светя внушительным декольте.

Мать девушки привстала, но муж потянул еe за руку и покачал головой, чтобы не вмешивалась. Грудь Натальи пробивала себе путь похлеще любой магии. Это была невидимое сражение, в котором она как закалённый воин пыталась взять верх быстро, била наверняка и в самую суть.

— Ого, об этом уже все знают? — изобразил я удивление и поднял взгляд на её глаза, чертовка была хороша в сочетании со своей наглостью.

Даю руку на отсечение, наследница не одному юноше успела вскружить голову. Натали балансировала на той грани между пошлостью, флиртом и благородными манерами, где ты мог неправильно истолковать подаваемые тебе сигналы и оступиться. Всё двусмысленно, всё несёт за собой опасность.