Мы втроём с Мефодием и Нобуёси тоже вышли обратно в Ростов, а затем нас проводили в подземелье. Туда, где открывали порталы в красные миры. Эта такая мера предосторожности. Храмы уходили глубоко под землю в соответствии с рангом и опасностью, что они несли. Мы спустились на минус четвёртый этаж.

В случае прорыва из портала действовало несколько степеней защиты. Первая — это само поселение с фортецией, разведчиками и гарнизоном. Если оно будет разрушено, дальше сдерживала комната храма. После захода группы её всегда закрывали, стены и двери довольно толстые, плюс внутри дежурил адепт и патрулирующий несколько комнат маг.

Если ворвутся монстры, адепт с магом обязаны отключить врата, а далее задержать или убить первую партию. Для спасения и оповещения о нападении они дeргают «тревожный» рычаг.

Тот активирует переворачивающуюся плиту, и адепт попадает в безопасный туннель, через который и выбирался наружу. В это время в центре уже предупреждены об опасности, и посылают спецгруппу. В крайнем случае комнату обваливают и ломают механизм врат. Это вторая степень защиты.

На нулевом этаже и выше действовали порталы до жёлтого ранга (4-й по счёту). В оранжевые миры заходили на минус первом этаже, в красные до минус четвёртого включительно, а в чёрные — на минус пятом. Последних, кстати, открыто не так много.

Подземелье тоже было сдерживающим фактором и в случае опасности полностью запечатывалось. Сие — третья степень защиты.

Ну и последняя четвёртая — витязи храма и экспедиционный корпус, которые примут весь удар на себя и дадут время на прибытие регулярных войск.

Таким образом, храмы охраняли точки входа и выхода через врата. Их возведение было продиктовано необходимостью снизить риск для населения. В былое время творилась полная неразбериха, и погибло много невинных людей, прежде чем спроектировали эту систему безопасности.

Монополизация хронолита тоже подавалась как мера защиты. Империя гарантировала бесперебойную работу межмировой сети, и никаких частных лицензий на строительство храмов не выдавала. А также не обучала кого попало. Все маги в этой сфере — государственные и подписывали контракт о неразглашении.

Впрочем, кому надо, тот мог достать «секрет», но при использовании рисковал потерять все гражданские права и стать врагом государства. Убийство подобного преступника даже вознаграждалось! Такие дела.

— Скоро нас пустят? — спросил Мефодий, он со вчерашнего дня был без утяжелителей и чувствовал себя непривычно.

— Через полчаса, пока ждeм, — сказал я, посмотрев на циферблат.

Всё прописано до мелочей, мы должны зайти через бессрочный портал и защищать его. Из Ростова с нами было ещё две группы, и мы сейчас стояли в общей зале с широкими площадками для врат, адепты ждали сигнала к началу, уже разложив свои хронолитовые символы, оставив всего один не подключённым. Пять боевых магов-храмовников «А» ранга совещались между собой, но обернулись на шум с коридора подземелья. Прибыл Оболенский со своими людьми.

Десять разведчиков ввели за собой виверн и расположились у врат. Противник на той стороне и не подозревал, что сейчас начнeтся.

— Готовность пять минут! — командным голосом объявил ротмистр и на секунду задержал на мне взгляд.

В этот раз он был настроен куда более серьёзней — на нём висела ответственность за всю миссию, потому никому снисхождения не давал.

Он и другие присутствовавшие здесь уже были занесены в «Картотеку», но перчатку на всякий случай я надел.

— Готовность минута! — прорычал Оболенский и встал первым на круговое портальное возвышение, его виверна была самой крупной, но и самой старой, если так можно выразиться.

Ярко-синяя чешуя выцвела и напоминала пастельные оттенки голубого, на морде расползался страшным росчерком глубокий шрам, а глаза потускнели за десятки лет жизни. В них всё ещe чувствовалась мощь грозного магзверя, но туда прибавилась и некоторая мудрость с усталостью. Что же касается мышечной массы, состояния когтей и зубов — всe было идеально. Они недвусмысленно внушали опасность. Это тебе не добрый старичок, а прошедший через сотни сражений вожак виверн.

Я невольно протянул руку к подсумку, откуда выглядывал Иней. Для него это целое событие! Ещё бы, столько сородичей и в одном месте. Он раньше видел других виверн издалека в вольерах, когда мы ходили в экспедиции, но тут они были в шаговой доступности. Впрочем, детёныш держал себя в рамках разумного. Никто умиляться и кормить тебя здесь не будет, одним когтем раздавят и не заметят.

«Ничего, вырастешь и станешь сильнее всех этих задавак», — мысленно обратился я к нему, а Иней даже приподнял на меня голову, как бы спрашивая: «Ты это серьёзно?». Я незаметно подмигнул ему и прикрыл подсумок, пока тот зазевался. Внутри разозлено заёрзали, а потом снова откинули клапан.

Питомца я взял с собой, чтобы тоже набирался опыта. Не всегда будут идеальные условия, надо, чтобы он как можно раньше изучил меня: как двигаюсь, фехтую, мыслю — всё это в будущем поможет ему принимать правильные решения.