Гончар (B)

Преданность к «А. Т. Рындину» (16/100)

Достигнут предельный уровень развития.

Слишком бездарен, плюс явно не на своём месте. Рындинские увидели в шестнадцатилетнем парне потенциал к магии, потащили обучать, но не учли склонностей скорее к ремеслу, чем к боевым профессиям.

Преданность низкая — это хорошо, но труслив, оттуда и «дипломатия» в качестве лидирующего показателя. Ему место в гончарной. Получился бы отличный мастер, но никак не в строю с закалёнными магами.

Я бы его взял к себе в феод, но сейчас нет такой потребности — нужны строители, каменщики, плотники, фермеры и прочий рабочий люд, а потом уже узкие специализации. Так что прости парень — ты лишний.

Рындин ещё, собака, как сделал — подсунул его поближе к офицерам, чтобы спихнуть. Мол, забирай, смотри какой молодой, перспективный, вырастет и станет тебе опорой. Увы, не станет.

— Те, кого я посмотрел, могут быть свободны, — объявил я.

Помещение танцевального зала вместительное, но незачем одновременно держать все двести человек. Сегодняшний день был хорошим вызовом для моих способностей. В первую очередь я решил нанять именно мага. С рабочими уже разговаривал Митька Кошевой. Всё же это его вотчина и предварительный отбор доверяю ему. Он на словах поймёт, соображает трудяга или нет, а дальше уже я своим даром проверю наиболее способных.

Я, конечно, мог кого-то упустить, но это в пределах погрешности, не стоит переживать. Требовались сообразительные крепкие мужики, способные батрачить с утра до ночи. Я знал, чего хочу и готов был платить двойную цену против рыночной, так что отбор приказал делать жёсткий.

— Зубы покажи, — велел Митька, но я прервал его.

— Так не пойдёт, — пришлось отвести его в сторону и объяснить. — Бери способных, слышишь? Если он сдал по здоровью, ничего страшного — вылечим.

— А, ежли так, то понятно.

— Всё, иди, они не рабы какие-то на рынке, прояви уважение.

Бригадир работал по привычке, и я мог простить ему это — всё же состояние здоровья действительно влияло на работоспособность. С ноющим зубом задачу выполнять сложнее, а сроки никто не отменял.

Нобу на всякий случай стоял поближе к Рындину и готов был чуть что нашинковать торгаша. Дело пяти секунд — всего-то. Но со стороны он не выказывал никакой агрессии — стойка расслабленная, лицо спокойное, даже о чём-то успевал переговариваться с Мефодием. Наверно, обсуждали подготовку стражей.

— Как звать? — спросил я мужчину с аккуратной седой растительностью на лице, у него был большой поломанный нос, но не взгляд, там сквозила спокойная гордость.

— Гио Джанашия, Ваше благородие, — мелодичным баритоном ответил грузин.

Я интересовался скорее, чтобы завязать разговор, крайне занятный подобрался человечек.

— Сколько тебе лет?

— Пятьдесят семь.

— Давно работаешь на Аркадия Терентьевича?

Гио взглянул через моё плечо на Рындина, а потом снова посмотрел на меня.

— Недавно.

— Почему не уходишь?

— Долг держит.

— Понятно, Гио, поговорим позже, а сейчас собирай вещи. Ты будешь работать на меня.

— Как благородному господину будет угодно.

Да уж, немногословно. Они с Ермолаем случайно не дальние родственники? Но тут скрывалось другое — маг не хотел сболтнуть чего лишнего. Вдруг я передумаю? Потом отвечать перед бароном за наглость. В Гио меня заинтересовал талант, очень редкий и полезный для меня. Особенно сейчас.

Отвага (71/100)

Харизма (81/100)

Боевой маг (A)

Инженер (B), Рыбак (E)

Преданность к «А. Т. Рындину» (4/100)

Достигнута 1/2 предельного уровня развития.

Скрытые таланты — «Магический инженер» (способность быстро анализировать и понимать принцип действия артефактов)

— Владимир, Владимир, погоди, — подбежал ко мне барон. — Ты уверен в своём выборе? Гио уже стар, подобрал бы кого получше, а компаньон?

— Ты запрещаешь?

— Нет, просто дружеское предостережение. Если у тебя всё хорошо, то и у меня будет всё хорошо, так мы договорились? Я это на правах старшего советую. По возрасту, естественно, — добавил он. — Гио моему отцу ещё служил, но как помер тот — ушёл. Старик он ветреный, слушаться тебя не будет, сбежит же, а ему ещё долг отдавать.

— Ценны твои советы, Аркадий Терентьевич. Сколько же у Гио долг перед тобой?

— Тыщонок пятьдесят будет.

— Это на что же ему такие деньги?