— Охренеть! — шепчет девушка.

— Я изменился?

— Ты выглядишь в точности как Никодим. Только смотришь по-старому, не задираешь нос кверху.

Чтобы убедиться в достоверности облика, Светозара протягивает руку, но её кисть натыкается на невидимый барьер в том месте, где должно быть моё плечо.

— Что это? — спрашивает она.

— Я не могу изменить своё тело, — говорю. — По крайней мере не на голубой ступени. Это всего лишь иллюзия, фальшивка, марево, которое видят люди.

— Значит, ты хочешь принять облик пивовара? Нет… помощника пивовара, да?

— Точно.

Допив свои кружки, мы со Светозарой выбираемся на улицу и возвращаемся к пивоварне. У нужного нам здания мы останавливаемся и ходим некоторое время вокруг. Пытаемся понять, как нам выманить старшего из троих помощников.

— Я всё сделаю, — внезапно произносит Светозара.

Она поднимает указательный палец, и окно дома загорается. Но не сильно, будто при пожаре, а совсем чуть-чуть: чтобы внимание привлечь. Способ слишком грубый: всё-таки мы портим чужой дом, ещё и огонь в деревянном городе вызвали, за такое предусмотрено очень суровое наказание. Однако метод девушки оказался очень действенный: внутри тут же поднимается суматоха.

Пивовар выбегает наружу, мелкий пацан вместе с ним. Вдвоём они принимаются бить по языкам пламени палками и какими-то железяками. Вскоре выбегает и нужный нам паренёк. В руках у него большой котелок с водой, всё содержимое которого он выплёскивает на загоервшийся ставень.

— Зачем так много? — спрашивает мужчина. — Лужу вон устроил.

— Так огонь же! — оправдывается парень.

— Болван…

Пивовар уходит обратно на пивоварню, а парень обходит дом с другой стороны, чтобы проверить, не унесло ли ветром горящие угли, и не занялось ли пламя где-нибудь ещё.

В этот момент мы со Светозарой подходим к нему сзади. Захмелевшие, но очень решительные.

— Классно огонь потушил, — говорю.

— Да, — подтверждает девушка.

— Прямо вот так раз — и нету пламени. Настоящий герой.

— Спасибо, — отвечает смущённо. — У нас там вода была, я её и вылил. Это не так уж и сложно.

— Вылить воду — может и нет. Но так быстро соображать, это нужны очень прыткие мозги. Хорошо, что в Новгороде есть такой человек. Жители могут спать спокойно, зная, что любой пожар будет погашен.

Мы со Светозарой несём полный бред, вываливая на удивлённого парнишку кучу странных комплиментов. Где-то в этом месте мы должны его связать и спрятать, чтобы он не попался на глаза пивовару, пока я буду в его облике. Вот только как посреди бела дня связать человека — непонятно. Пытаюсь соображать, но алкоголь в голове поёт песни — мешает сосредоточиться.

— Мне это, возвращаться надо. Дубыня злится, когда я надолго отхожу.

— Никуда ты не пойдёшь, — говорю.

Настала пора вскрывать все свои кости.

— У нас с собой оружие, — продолжает Светозара. — Мы прямо здесь вскроем тебе живот, если не сделаешь, что мы скажем.

— Э…

— Вот тебе один серебряный, — говорю. — Сходи на базар и купи себе сладостей. Иначе всё, конец тебе.

Совершенно сбитый с толку парень лишь хлопает глазами. Он не понимает, шутим мы или нет. Дело в том, что мы со Светозарой и сами этого не понимаем.

Чтобы убедить его в серьёзности наших намерений, я создаю в руке короткий красный кинжал: Веда чувствует, какая форма оружия мне нужна. В другой руке у меня одна серебряная монета. Её я протягиваю парнишке со словами:

— Это угроза. Иди и купи себе леденцов на базаре, иначе мы убьём тебя.

Парень переводит взгляд с кинжала на монету, затем обратно на оружие, и снова на монету. Нерешительно он протягивает руку, замирает в последний момент, будто ожидает, что серебряный обожжёт его пальцы.

— Смелее, — говорю. — Иди на базар прямо сейчас.

— Л-ладно, — соглашается парень.

— Иди, — шёпотом велит мне Светозара. — Я прослежу, чтобы он не вернулся с базара.

— Хорошо, спасибо. Дай мне как можно больше времени.

Девушка кивает, и они вдвоём с парнем уходят.

Вот он: момент, ради которого мы устроили весь этот нелепый спектакль. Меняю внешний облик: не только тело, но и одежду. Теперь внешне я не отличим от подмастерья, по крайней мере до тех пор, пока меня никто не трогает.

В своём новом образе захожу в пивоварню. Странно, но здесь я чувствую себя как дома. Будто все места на Руси, где варят пиво, сами по себе являются приятными и знакомыми.

Здесь я в своей стихии: всё знаю, всё умею, всё контролирую.