– Нам завтра надо уйти.

– Не хочу ждать до завтра. Уйдём сейчас.

– Люди устали.

– Я не хочу больше оставаться здесь ни дня. – Её голос обрёл уверенность. – Отдохнём сутки в Линирии.

– Как скажете, повелитель.

– Всё что мы везли сюда, разгрузить и оставить. Мы уйдём только с вогами.

Далан кивнул.

Вскоре они уже выдвинулись в путь. Годжаки девушки проревели и полетели за ней.

Касий не находил себе места. Он видел с балкона как они уходили. Рука дёргалась. В голове – вата. «Как ты могла не сказать? Теперь я перед твоим народом бесчестный человек. Я взял повелителя Валивии и обесчестил. Валийцы вправе идти на нас войной. Пострадают оба народа».

Его зверь почувствовал состояние хозяина и подлетел. Касий запрыгнул на него, и они понеслись по долине. Он делал виражи высоко в небе над караваном и годжаки Аланды рычали на него.

Спустя семь суток валийцы вернулись домой. Линиры, сопровождающие их, остались в Линирии. Они нигде не задерживались. Аланда не хотела ни с кем общаться. Из паланкина выходила только по нужде и ночью спать. Погода стояла сухой. Бури их миновали. Годжаки сопровождали до самой Валивии и даже перелетели скалы, показавшись в стране. Звери опустились у замка и провели там несколько суток в ожидании девушки. Ей пришлось выйти к ним и успокоить. Отдать приказ, чтобы накормили и дать объяснение всем, что это теперь эти годжаки теперь её.

Она так и не хотела ни с кем говорить и ничего никому доказывать. Душа обливалась слезами. Ходила, как тень, всё время, думая о нём, вспоминая страстные ночи, проведённые вместе. Его ласки и горячие поцелуи. «Касий… прости. Я – глупая слабая женщина. Я даже и представить тогда не могла, к каким последствиям приведёт мой обман. Я хотела тебя всем сердцем и душой».

Чиновники не понимали, почему повелитель проводит дни в полном одиночестве и ничего не говорит о выборе мужа. Их законы попрать нельзя. Женщина повелитель не может долго оставаться одна. Они часто обсуждали этот вопрос за её спиной, и хотя Аланда иногда слышала их недовольство, принимать никакое решение не собиралась. Тем более что она знала, когда вскроется истинное положение дел, её ждёт позор и наказание.

Далан тоже молчал, не желая стать тем камнем преткновения, который начнет войну между Аравией и Валивией.

Прошёл месяц. Самый мучительный в жизни Аланды. Не радовало ничего. Не обновление города. Валийцы начистили все заборы и дома до сияния от счастья, что у повелителя теперь свои годжаки и им стало жить гораздо спокойнее. Звери защищали город от нападения других хищников. Валийцы часто видели бои в небе годжаков Аланды с чужаками. И когда звери повелителя побеждали, ликовали, устраивая грандиозные праздники. Не новые цветочные посадки. Ничего.

Одним светлым днём она подписывала документ разрешение идти большому торговому каравану в другие государства и внезапно её вырвало.

Чиновники насторожились.

– Повелитель… что с вами? – спросил главный.

– Вы чем–то отравились?

– Срочно лекаря!

Они засуетились вокруг, и от этой суеты ей стало ещё хуже. Девушка упала, потеряв сознание. Далан, находящийся рядом успел подхватить её. Один он догадывался о недомогании повелителя, но молчал, зная, что скоро и так всё раскроется.

Лекарь – коренастый пожилой валиец с умным взглядом осмотрел девушку в покоях и вышел к десяти чиновникам.

– Что с повелителем?

– Она… она… – Он действительно опасался такое сказать.

– Говори же! – Главный чиновник свёл густые золотистые брови.

– Повелитель – беременна. – Брякнул перепуганный лекарь и сделал шаг назад.

Чиновники расширили глаза и загалдели.

– Что?

– Что ты несёшь?

– Как это беременна?

– Такого не может быть.

– Дочь покойного Коранда не могла отдать честь кому то, кроме будущего мужа!

– Это позор Валивии.

– Я говорю правду, – пролепетал лекарь и попятился на выход.

– От кого? – Главный чиновник буравил безумным взглядом Далана. – Ты должен знать. Кто приходится отцом ребёнка?

– Повелитель Аравии.

Чиновники опешили.

– Как он посмел тронуть правителя Валивии?

– Война!

– Да! Все валийцы, способные держать оружие пойдут войной на проклятого аравийца. А её сместить с трона и сослать в башню обесчещенных женщин! – Проорал главный чиновник, сотрясаясь от злости.

– Страна не может оставаться без повелителя. – Спокойным тоном констатировал факт главнокомандующий.

– Я стану временным правителем. Она опозорена и не может больше управлять страной. Она носит аравийского выродка.

– Он тот, кто оседлал годжака. Опомнитесь. По пророчеству ему покорится вся Горибия. Мы проиграем эту войну. Погибнет много людей.

– Ничего, за нами трое годжаков, а за ним только один.

– Вы ошибаетесь. Эти годжаки полетят только за Аландой. И никому другому они не помогут, а наоборот ещё и сожрут. Вы решаете посадить её в клетку, и звери могут за это напасть на Валивию.