– Где прекрасная валийка?

– Давайте уже, начинайте торги.

– Может, она и не валийка вовсе?

– Да, или не такая уж и красавица.

Касий еле сдерживался, кисть уже сжимала рукоятку боевого «товарища» – кинжала убившего немало людей и вогов.

Из дверей, откуда обычно выводили рабынь, вышел сам Морахаст и поднял руку. Аравиец подался вперёд и сжал другой рукой скамью до побеления костяшек. «Если ты – тварь изнасиловал её, я отрежу тебе член. И буду резать медленно, пока ты не захлебнёшься собственной кровью». – Желваки ходили ходуном, зрачки расширились, глаза метали молнии.

Тот поднял руку в знак тишины: на пальцах сверкнули драгоценные перстни.

– Господа. У нас есть важные новости.

Мужчины напряглись, буравя недобрым взглядом.

– Где рабыня?

– Спокойно. Её только что осмотрел врач, чтобы предоставить на торги здоровую рабыню. И как выяснилось, чему даже я удивлён: она девственна и ещё… девушка – валийская принцесса! Её стоимость возросла в десятки. Так что прошу у всех прощения. Сегодня здесь она не будет выставлена.

В павильоне поднялся шум.

– А где?

– Что ты хочешь этим сказать – хитрый «годжак»?

Голоса становились жестче, шум нарастал.

– Простите, но она уже на пути к станции перевоза такой ценности товаров. А оттуда отправится в Аравию – самую дорогую страну Горибии. Только туда всегда доставляются самые ценные рабыни. Не Кориния, не ваша Линирия даже не потянет её стоимости. Начальная ставка будет от килограмма ценарита. Только в Аравии есть такие ресурсы. Вы же знаете, что на их территории добывается ценарит.

Линиры были возмущены до предела.

– Ты… жадный «годжак» даже не показал её нам!

– Как смеет, какой то грязный кориниец нарушать условия торгов? Ты привёз её в Линирию и не имел права никуда больше отправлять.

Орали мужчины, повставав со своих мест. Касий же вообще опешил. Тоже встал, и его рука уже подрагивала, чтобы тут же не метнуть в Морахаста кинжал.

«Тварь поганая. Я в любом случае убью тебя. Стоит тебе только выйти за ворота Линирии. Не хочу здесь развязывать войну. Она и так теперь достанется мне как правителю Аравии, но я всё равно выпотрошу из тебя кишки». – Летало в его мозгу.

– Ещё раз прошу у всех прощения, но каждый знает, что такой ценностью рабыни продаются только в Аравию их повелителю. Иначе я бы нарушил условия её продажи. А его аравийцы разнесли б здесь всё.

– Но… до нас дошли слухи, что предыдущий правитель Аравии мёртв, а страна претерпела разрушения.

– Да! Там же вулкан, похоже, разбушевался.

– Это мне известно. Но Аравия самая большая страна на Горибии. И мне стоит самому убедиться в их способности теперь властвовать над всеми из–за источника ценарита. Или у них теперь не правителя, не силы, не богатого ресурса. Если Аравия разрушена, я верну валийку в Линирию и продам самому богатому линиру.

– Обещаешь? – мужчины б разорвали его голыми руками, если бы не получили сейчас твёрдого обещания.

– Обещаю!

– Клянись Воргангом!

– И да покарает меня Ворганг, если нарушу данное обещание.

Все стали немного успокаиваться и выходить из павильона, не солона хлебавши. А Касий отправился по следам Морахаста. Однако, как и в прошлый раз, тот исчез куда–то бесследно.

Немногим раннее.

В покои к Аланде ворвались, пока Касий защищал Коринию от годжаков. Девушка ничего даже не поняла, как ей закрыли нос каким–то платком и она отключилась.

Очнулась уже, будучи в туннеле под Коринией, лёжа на коврике. Оглянулась. Повсюду горели свечи.

Где я? – вскрикнула, и к ней вышел Морахаст с оголённым торсом в одних лишь чёрных штанах. Его крепкие мышцы переливались под кожей. На груди красовались татуировки в виде витиеватых орнаментов.

– Не кричи красавица, тут тебя всё равно никто не услышит и не спасёт.

– Ты? – она вскочила. – Как смеешь красть меня? Я же рабыня того, кто оседлал годжака! И неприкосновенна.

– Это ты так считаешь, однако для меня серьёзнее Ворганга нет никого и ничего. Но не оно же тебя сделало своей рабыней, а остальное неважно.

– Негодяй!

Он подскочил к ней, схватил за оголённую талию в том же гонарском лёгком одеянии, что и было на ней до этой ночи с Касием, и грубо впился в губы. Девушка замычала, пытаясь царапать его. Кориниец насладился пухлыми губами и, отстранившись, отвесил ей крепкую оплеуху.

– Валийская шлюха! Ты примешь меня сейчас, а после я продам тебя в Линирии. Как раз туда ведёт мой туннель. И твой нищеброд – аравиец не найдёт тебя никогда.

– Мразь… – процедила, чувствуя, как с нижней губы потекла струйка крови. – Если посмеешь тронуть меня, я изуродую себя. – Она выставила ногти к своему лицу. И только хотела провести по коже, как он перехватил её руку и, заломив назад, прошипел на ухо: