– Ладно, безумная «годжачка» не трону тебя, так как твоя небывалая красота мне гораздо дороже жаркого влагалища, тем более грязного и широкого от аравийца, который уже, наверное, побывал в нём не раз. Или вообще во всех твоих дырках.

– Заткнись!

– Хватит! Я устал от твоих воплей. – Ударил её по шее сзади, и девушка упала ему под ноги. Присел на корточки, всей пятернёй полапал грудь и усмехнулся.

– Упругая. Хорошо – о.

После поднял кружевные юбки и изумлённо уставился на выбритый лобок. Такого ещё никогда не видел ни у одной рабыни или свободной коринийки с кем имел плотскую связь.

– Какой интересный подход к женским гениталиям у валийцев. – Пощупал и бесцеремонно ввёл палец во влагалище. – Узкая! Какая тугая дырка! Тогда насрать, сколько и куда имел тебя проклятый аравиец. Ты по–любому очень цена, да ещё и с таким узким влагалищем. Я даже не хочу его растягивать, чтобы не снизить твою стоимость. – Он взвалил её себе на спину, скрутил коврик и пошёл к широкому выходу, где стоял безмолвный вог. Влез на него, шлёпнул по заду и поскакал вперёд на выход в Линирию; в самый центр к работорговцам, заведующим павильоном, где продавались лучшие рабыни.

Прибыв на место, выволок пленницу наверх, открыл маленькую дверцу и вышел в одной из комнат стеклянного здания. Здесь ему были всегда рады, так как он часто поставлял хорошеньких рабынь, и даже своими коринийками не брезговал. Протащил её к главному кабинету и без стука вошёл. Тут в добротном кресле с золотой отделкой восседал жирный линир.

– Морахаст! Приветствую, дорогой. Кого ты нам на этот раз притащил? – встал и подошёл к девушке, уже пришедшей в себя.

– Ого! – Его глаза расширились, облапывая пленницу похотливым, но в тоже время оценивающим взглядом. – Это лучший товар за всё время, что мы знакомы. Она – невероятна. А эти волосы… будто золото. Где ты её раздобыл? Не знаю не одного народа с такими женщинами, а перевидал я многих красивых рабынь.

– Она валийка.

– Вот это да. – У линира даже рот открылся от удивления. – Таинственный народ… как ты смог раздобыть такое чудо? Девственница?

– Нет. Где раздобыл неважно. Давай хорошо заработаем на ней. Валийку же можно продать за ценарит?

– Не знаю. Во–первых, не девственница, во–вторых, если она из низкого класса её стоимость тоже будет снижена.

Морахаст побагровел, на грубом лице заходили желваки.

– Хитрый годжак. А как же красота?

– Это да. Она очень красива. Грудастая и жопастая. И такие пухлые губы. Хорошо будет засасывать член будущего хозяина. Её надо осмотреть. Отведи к врачу. Он сегодня в комнате за зелёной дверью. Пишет там что–то.

Кориниец кивнул.

– Стойте! – Аланда упиралась изо всех сил. – Вы не имеете права меня продавать. Я – валийская принцесса, дочь повелителя! И ещё уже являюсь рабыней того, кто оседлал годжака.

Брови линира свелись к сгорбленному носу.

– Кто–то оседлал годжака? Ты знал, чья она? – его глаза потемнели.

– Да. И что? Какой–то нищий аравиец не может иметь такое чудо.

Линир поцокал.

– Ты не прав. Совсем совести нет. Ворганг накажет нас за это. Я не буду продавать рабыню того, кто оседлал годжака. Уходи с ней.

– Ты что? Забудь об этом. Мы можем обогатиться, продав эту девку!

– Дурак. Да и не девка она, а благородная дева. Опасно всё это.

Морахаст от злости ударил Аланду по лицу так сильно, что она опять потеряла сознания. С носа потекла кровь.

– Зачем портишь такую красоту? Тот, кто оседлал годжака, не простит этого. Я уже сочувствую тебе. Уходи.

– Ладно, как знаешь, сам буду иметь эту шлюху, а после убью. Пусть хоть твой врач осмотрит, не больна ли она уже чем–то. Не хочу потом чтобы с члена капать начало.

Линир кивнул и отвернулся.

Морахаст оттащил девушку в нужную комнату. И когда врач объявил ему, что она девственница, он чуть язык не проглотил.

– Ты уверен?

Линир – врач набросил обидчивый вид, сложив холёные руки в перстях на круглом животе.

– Обижаешь. Я лучший врач Линирии.

– Ладно. Благодарю. – Бросил ему кусочек золота и вытащил пленницу. А дальше втащил обратно в туннель.

– Полежи пока здесь. Я скоро вернусь. – Пробубнил больше сам себе, чем ей, так как

девушка пребывала без сознания. Под носом образовался синяк. Морахаст пошёл в центральную комнату павильона, объяснить всем гостям, что эту рабыню здесь продавать не будут, и она направляется в Аравию – самую богатую страну Горибии.

Спустя минут десять от силы вернулся и, втащив её на вога, поскакал в Коринию по туннелю. От скачков неуклюжего зверя она пришла в себя и простонала.

– Заткнись. Я отвезу тебя в Аравию к их новому повелителю. Будешь перед ним расставлять ноги и открывать рот.