— Я пытался вести себя как джентльмен, но если ты настаиваешь, то иди на кровать. Сейчас же.

Кассандра сбросила туфли, но вместо того, чтобы лечь на спину, она перелезла через его кровать на четвереньках. Он так возбудился, что стало больно. Кто эта чертова женщина? Если бы он не знал лично Владыку Подземного мира, он бы подумал, что ее создал сам Аид, чтобы мучить его до чертиков. Он избавился от обуви и расстегнул брюки.

Астерион хотел забраться под нее, насладиться идеальным кусочком влаги между ее ног, но он дошел до предела. Ему нужно быть внутри нее, как сделать следующий вздох.

Кассандра вздохнула от удовольствия, когда он устроился позади нее, его руки исследовали ее теплую кожу, нырнули под нее, чтобы обхватить ее мягкую грудь. Он выделит для них немного времени позже. Астерион провел пальцами по выцветшим шрамам на ее спине, и сквозь свою похоть он узнал один или два, которые были оставлены лезвием. Он узнает истории, стоящие за ними, позже, и, если человек, который их создал, все еще жив, он разорвет ему глотку. Он гладил ее низко, потирая ее клитор медленными круговыми движениями, пока она извивалась на нем.

— Перестань дразнить меня, — умоляла Кассандра. Астерион схватил ее за бедра и направил свой член к ее входу. Он не хотел причинять ей боль слишком поспешным шагом, но как только кончик его члена оказался внутри нее, она толкнулась назад, заставляя его войти в ее горячее лоно так быстро, что он выругался.

Астерион наклонился, чтобы поцеловать ее плечи, когда начал двигаться внутри нее. Казалось, все в ней было создано для того, чтобы заставить его хотеть большего. Она схватилась за черные простыни, издавая нечленораздельные крики удовольствия, когда он входил в нее. Кассандра опустилась на предплечья, ее великолепная задница поднялась, чтобы он мог войти глубже. Она потянулась назад и схватила его за бедро, сжимая так крепко, что ее кольцо и ногти поцарапали его достаточно сильно, чтобы нарисовать слабую полоску крови. Он схватил ее волосы на затылке, удерживая ее на месте, поскольку потерял все мысли, кроме как взять то, что она предлагала.

В этом не было ничего нежного или сладкого. Это было животное с безрассудной, яростной потребностью в большем, в освобождении. Кассандра выкрикивала его имя, когда кончала, ее мокрые ножны сжимали его достаточно крепко, чтобы он закричал и толкнулся сильнее. Он укусил ее за плечо, когда его собственный оргазм вырвался из него, горячий и настойчивый.

Они рухнули в кучу, Астерион все еще был внутри нее, пока обнимал ее. Он не знал, дрожит ли он сам или они оба, но он прижался к ней, как будто она могла раствориться в тумане и исчезнуть, прекрасная иллюзия, созданная существом внутри него.

— Черт возьми, — сказала Кассандра, ее грудь поднималась от ее быстрого дыхания.

— Я ведь не сделал тебе больно, правда? — спросил Астерион, беспокоясь о том, как грубо он с ней обращался. Он провел большим пальцем по красной отметине в том месте, где он ее укусил.

— Нет, конечно, нет, — успокоила она его, поворачивая голову, чтобы поцеловать его. В этом была нежность, которая казалась неуместной по сравнению с интенсивностью их занятий любовью. — Думаю, я могла бы причинить тебе гораздо больше вреда.

Астерион посмотрел на отметины на своих ногах и усмехнулся.

— Всего лишь царапина, сладкая. Не о чем беспокоиться.

— Хорошо, — сказала Кассандра, целуя его и уловив его стон, когда она переместилась так, чтобы он выскользнул из нее.

— Куда ты собираешься идти? — Астерион спросил, касаясь рукой ее груди. Улыбка, которую она ему подарила, была довольной и прекрасной.

— Задержи эту мысль, большой парень. Мне нужно воспользоваться твоей ванной, — ответила Кассандра. Он отпустил ее только для того, чтобы посмотреть, как ее прекрасное обнаженное тело идет к его ванной.

Астерион растянулся на животе, сердце все еще колотилось. Он собирался насладиться тем, как она будет кричать его имя еще много раз этой ночью. Его веки становились тяжелыми, но он заставил их снова открыться. Он не был настолько измотан. Тем не менее, его конечности становились все более вялыми с каждой секундой.

Дверь ванной открылась, и Кассандра больше не была той дразнящей красавицей, которой она была всю ночь. Тьма внутри нее, которую он только мельком увидел, теперь наполнила ее глаза яростным намерением.

— Касс, что случилось… — успел промолвить Астерион, прежде чем его язык и губы онемели. Она пошла обратно к кровати, отстегивая браслет с запястья и обматывая им руки, как золотым канатом. Он попытался пошевелиться, но его тело застыло, конечности были парализованы, а разум боролся с происходящим.

— Я не хочу этого делать, но у меня больше нет выбора. Мне бы очень хотелось, чтобы мы встретились в следующей жизни, Астерион, — произнесла его девушка из сна, устраиваясь позади него, обматывая гарроту (прим. пер.: Гаррота — инструмент казни и пыток, для удушья человека) вокруг его шеи и сжимая хватку. Его разум кричал от смятения и предательства, но Астерион ничего не мог поделать, пока она душила его тело, и его зрение потемнело.