— Что т!.. — возмущённо начал Витгенштейн, и тут в пассажирский салон влетел помощник капитана:

— Господа, мы просим прощения за экстренное торможение! Просим пройти в капитанскую рубку, там обзор значительно лучше.

По честности говоря, лучше б я этого не видел.

Это было маленькое стойбище на берегу реки. Ко здесь жил — эвенки или тофалары? — по мешанине окровавленных тряпок внизу теперь и не разберёшь.

— С*ка, я так надеялся, что до Железногорска они никого не встретят! — Петя отчётливо скрежетнул зубами. — Хоть чуть-чуть бы ослабели…

На картах никаких пометок касательно этого крошечного посёлочка не было и быть не могло — кочевники же. В недобрый час им поглянулось для стоянки это место.

— Оленей нет, — вслух подумал Серго.

— Если не были привязаны, то убежали, — мрачно пояснил Петя. — Всякая живность от нежити шарахается.

— А если были?

— Если были, то прикопаны где-нибудь тут недалеко. Берег для этого хороший — песочек, похоже. А некоторые из сбежавших тварей тухлятину любят. Впрочем, сейчас тут помогать уже некому, так что двигаем дальше. Вдоль реки! — приказал Витгенштейн капитану. — Остаёмся здесь, господа. Следим.

Мы расселись в кабине на откидные сидения.

— Что высматриваем? — уточнил я.

— Что угодно странное для этих мест.

— А как они днём двигаются? — хмуро оглядывая свой сектор, спросил Серго. — Их же солнечный свет должен… ну… сжигать?

— Ты ещё скажи, что любой оборотень в свете полной луны сразу превращается в животное, — хмуро хмыкнул Петя. — Что? Это же другое дело, да?

Мы с Серго переглянулись.

— Мне такое и в голову не приходило, — честно сказал я. — Или это только у волков?

— Да нет такого правила! — воскликнул Серго.

— Ну вот и про вампиров нет такого правила, — наставительно объяснил Петя. — Все разновидности вампиров равнодушны к солнечному свету. Не загорают, да. Любят действовать ночью, поскольку имеют преимущество перед большинством своих жертв, отлично видя в темноте. Вот на серебро и осину у них выраженная магическая аллергия. Серебро вызывает ожоги, осина — раздражение, препятствующее регенерации. В остальном обычный противник, вполне сопоставим с сильным магом — скорость, как у оборотня в пиковой форме, сила сопоставима с кайзеровским стальным кулаком, регенерация как у продвинутого целителя. Ничего такого, что невозможно было бы победить. Беда в том, что их не ждут. И их целая стая.

— Вон там! — хором воскликнули мы с Серго, и «Пуля» сбросила ход.

Похоже, это была стоянка рыбацкой артели. Промысловики-сезонники. Обычно в таких отрядах человек по восемь…

По берегу валялись разбросанные бледные тела. У самой кромки леса пара приземистых тварей с переразвитыми челюстями обгладывали труп, не замечая зависший наверху дирижабль.

— Сжечь? — брезгливо скривился Серго.

— Желательно обездвижить до прибытия особого отряда, — покачал головой Петя. — Быстро и эффективно. Илья, заморозить их сможешь?

— Разве что ледяными штырями прибить. Или сразу ледяным блоком сверху шарахнуть. До Белой Вьюги мне далеко, чтоб всякие выкрутасы выделывать.

— Всё бы тебе грубая сила! — с видом недовольного профессора посмотрел на меня Петя. — Расплющим. Или того хуже — просто к земле придавим. Крепкие, твари. Пока летаем, выкопаются да сбегут… Делаем так: сосулинами их пробивай! Сразу не снимутся. Затем спускаемся, и ты вокруг них глыбы намораживаешь. До вечера хватит, просидят во льду, как лягушки примороженные. А там их по-любому примут.

— А если остальные в лесу?

— Вряд ли. Скорее всего на рыбацком баркасе ушли.

— И зачем бы это им понадобилось делать? — спросил Серго. — В сказках вампиры воду не любят.

— Именно. Вплавь бы не полезли, а на баркасе могли. Город меньше чем в двадцати километрах отсюда. На таком расстоянии скопление людей они отлично чуют.

— Им ещё управлять уметь надо!

— Серго, я тебя умоляю! Запугать пару рыбаков, чтоб доставили стаю на тот берег. Там же были и настоящие вампиры, а не эти…

— Действительно, наблюдаю указанное плавсредство на противоположном берегу, — подтвердил капитан, воспользовавшийся биноклем, пока Серго с Петей препирались.

— Давай, Илья! Как только люк откроем — тишина! Слух у них…

Неслышно отъехала в сторону створка люка, дирижабль бесшумно пошёл к земле. На десяти метрах над упырями я отправил вниз первое ледяное копьё, за ним второе. И если первое вошло удачно, проколов упыря почти насквозь, то второй успел дёрнуться, и ледыха попала ему в ступню, пришпилив к земле — надолго ли?