— Брось его, тоже заморозим, — деловито предложила Даша. — Караулить его ещё! — и мгновенно исполнила своё предложение, установив ледыху с измочаленной тварью рядком с его собратьями.

После высших вампиров в ряд возвышались одиннадцать глыб с тварями рангом пониже — вурдалаками. И в конце ещё шесть с самыми зверовидными упырями.

— Паноптикум! — оценил Серго, а Петя судорожно сверялся со списками.

— Не хватает! Троих вурдалаков не хватает и… А упырей сколько порвали?

— Штук шесть, что ль, — стеснительно сказала Катерина. — По бошкам ежли посчитать, остальное-то сожгли…

Бошки тоже оказались заморожены, поскольку наши дамы разумно опасались, что нечисть может регенерировать.

— Пятеро упырей ушли!

— Далеко не уйдут, — уверенно сказала Серафима. — Хаген догонит!

— Так «Саранча здесь»?! — обрадовался я.

— Конечно! — хором закричали женщины, и из их гвалта мы поняли, что процесс разрывания-оледенения нечисти был прерван свалившимся с неба шагоходом, при виде которого часть вампиров сразу бросилась бежать. Собственно, за ними-то «Саранча» и помчалась.

ПО СЛЕДАМ ОСТАТКОВ СТАИ

Мы с Серго живо переглянулись:

— Догоним?

— Пошли! Кинутся ведь в разные стороны, ироды. Уйдут!

— А ну, красавицы, дайте места!

Мы накинули шкуры, вызвав общий изумлённый вздох.

— Лисы, за нами! Разведка с воздуха, поиск, оповещение!

— Так точно, Илья Алексеевич! — ответила Айко, а младшие только восторженно верещали, нарезая вокруг нас круги.

— Вперёд! По возможности обездвиживаем. Если иначе никак — убиваем.

— Оторвать голову или осиновый кол в сердце! — крикнул вслед Петя, и мы понеслись.

Я бежал, удивляясь, что вампирам в принципе удалось преодолеть барьер охраны. А потом сообразил — владетельная княгиня Гуриели собиралась на Пасху дочек навестить. Скорее всего, внука ей и оставили поводиться, а основная масса охраны, как ни крути, защищает именно будущего великого мага.

Нет, хорошо, всё-таки, что у нас лисы есть!

— Спасибо! — прошелестела Айко, скользящая у меня за плечом. И тут же другим голосом: — Тут в сторону ушёл один!

— Хотару! Этот твой!

— Поняла! — белая тень мелькнула вправо, в заросли кустарника.

— Илья! — обогнавший меня Серго обернулся через плечо. — Здесь тебе работа!

На дороге возилась, пытаясь принять форму, размазанная в кашу тушка. Похоже, «Саранчой» раздавили. Я по-быстрому наморозил вокруг неё льда, кинулся дальше. Ещё пара таких же!

Следующий успел наполовину регенерировать, и Серго поджидал меня, насадив его на когти.

— Ещё след влево! Вурдалак!

— Айко, возьми его ты. Сэнго с нами.

Кажется, мы догоняли. Впереди слышались звуки пулемёта Владимирова. По просеке, прорубленной в склоне сопки, вполне можно было догадаться, куда побежали последние вампиры (и главное — преследующая их «Саранча»).

— Придурки как есть, — не оценил действия нежити я. — Чего они вверх полезли? Там деревья реже, и багульником всё поросло. Уходили бы в распадок! Глянь, там сосны в два обхвата, да буреломом всё завалено. «Саранча» бы сто пудов завязла.

А так наш шагоход теснил уродов к лысоватой верхушке, маневрируя и отсекая попытки скрыться между деревьями. При этом он ещё и стрелял, беспорядочно захлёбываясь.

— Неэкономно поливает, — неодобрительно рыкнул Серго.

— Так Фридрих, поди, за пулемётом!

Больше-то некому. Хаген на рычагах, Сокол саблю германскому принцу не доверил бы. Хм. Надеюсь, Фридрих хоть раз попал во что-нибудь, кроме камней и сосен? «Саранча» наседала, изничтожая мешающий лес без жалости. Щепки летели — будь здоров! Мы с Серго на всякий случай накинули щиты покрепче.

Тут, словно услышав меня, тёмное пятно, пытавшееся укрыться в трёх последних соснах, разделилось. Часть покрупнее метнулась вправо — двое их там было, как мы потом узнаем, а один рванул влево, кубарем утекая вниз, к густой чаще и бурелому.

— Я задержу! — коротко крикнула Сэнго и кинулась на перехват.

Пулемёт Саранчи тоже развернулся, провожая бегущего упыря длинной очередью!

— Сэнго, ядрёна колупайка! — но лисе пули были нипочём!

Пулемёт в запарке развернулся куда больше чем следует, и по нашим с Серго щитам гулко ударило несколько пуль, заставив нас рефлекторно прижать уши.

— Фридрих!!! — рявкнули мы в две глотки и, кажется, были услышаны.

Пулемёт замолчал, но «Саранча» продолжала удаляться.