— Умница.

Последние толчки. Последний всплеск. Он рухнул вместе со мной, придерживая. Потом — взял на руки, унёс в спальню. Опустил на кровать. Сам стянул одежду.

— В душ, — шепнул.

Вода стекала по телу, как тепло. Аяз стоял рядом, намыливал ладони. Его прикосновения были другими. Не страстными. Заботливыми. Как будто он смывал с меня не только пот и пыль, но и остатки страха.

— Такая красивая… — шепнул. Прильнул ко мне. Его щёка к моей. Его дыхание.

Мы вернулись в постель. Его рука — на талии. Он не отпускал. Я уснула в этом тепле.

А потом — шум. Где-то внизу. Я вздрогнула. Аяз сел. Резко. Напрягся.

— Оставайся здесь. — Он накинул джинсы, вышел из комнаты.

Я застыла. Только глаза двигались. Вслушивалась. Где-то пронеслось рычание. Сильное. Резкое.

Сердце застучало в груди. Впервые за всё время я испугалась не за себя. За него.

Шум. Снизу. Нечёткий вначале — будто кто-то уронил что-то тяжёлое. Я открыла глаза. Постель холодна. Аяза рядом нет. Сердце сжалось.

Я прислушалась.

Ещё один глухой удар. Потом — низкое, едва различимое рычание. Сердце забилось чаще. Халат — первый, что попался под руку. Накинула, затянула пояс — и вышла в коридор босиком.

Дома было слишком тихо. Но не внизу.

Каждый шаг — как под прицелом. Я кралась по полу, прижимаясь к стене. Волчица внутри подняла голову, напряжённая. Спина покрылась мурашками — холод прокатился волной. Она чувствовала опасность раньше меня. Мысли путались, но тело двигалось само. Инстинкт. Тот, который уже не усыпить таблетками.

Я выглянула вниз. И застыла.

Четверо мужчин. Трое — оборотни. Один — человек, но из тех, кто, похоже, привык разрывать пастью не хуже зверя. У двери — двое держат Аяза, заломив руки за спину. Один из них — едва ли ниже его ростом. Остальные двое — ищут. Вынюхивают. Один проверяет кухню, другой — приближается к лестнице. Сюда. Ко мне.

— Быстрее, — бросил тот, кто держал левую руку Аяза. — Её запах свежий.

— Она здесь. — Глухо. Хищно.

Я отступила — и тут же предательский звук. Скрип половицы.

Тела внизу замерли. Четверо голов — вверх. Взгляды впились в меня, как гарпуны.

— Ну наконец-то, — прорычал один. — На ловца…

— Заткнись и тащи её, — скомандовал другой. — Хватит церемоний.

Я едва успела увидеть, как один из них бросается по лестнице. Как Аяз с глухим рёвом вскидывает корпус — и внезапно, всей массой тела, врезается в того, кто держал его слева. Тот отлетает, сбивая вазу. Стекло — взрывом. Второй — не успевает отпустить, и Аяз ломает ему локоть. Хруст — мясной, противный.

Третий уже рядом со мной.

И тогда волчица вырывается.

Внутри меня всё сжимается, тянется, плавится. Хруст костей. Тело выворачивает, будто я разрываюсь на части. Я падаю на колени — и уже в следующее мгновение лапы — в пол. Когти царапают дерево. Из глотки вырывается звериный рёв.

Он замирает. Передо мной. Шаг — назад. Ещё один. Пахнет страхом. Густым, липким, человеческим.

Я кидаюсь.

Он разворачивается и бежит. Я за ним. Мимо мебели. Мимо дверей. Вплотную. Почти достала. Взвыла — зов. На помощь. На охоту.

Сзади — рык. Грохот. Аяз добивает четвёртого. Один успел выбежать — но мы запомним его запах.

Тот, что остался — замешкался. Я вонзаюсь в его ногу. Зубы — глубоко. Кость хрустит. Он орёт. Падает на бок, пытаясь сбросить меня.

Я сжимаю челюсти. Кровь течёт по языку. Горячая. Волчица рычит. Она не отпустит. Не простит.

— Кира. Отпусти, — голос Аяза. Он уже рядом. Спокойный. Ровный. Но внутри — буря.

Я не двигаюсь. Хвост напряжён. Взгляд — в глаза нападавшему.

— Он останется. Я не дам ему уйти. Обещаю, — говорит Аяз, и его ладонь ложится на мою шею. Он гладит между ушей. Как будто не просто прикасается, а удерживает реальность на месте.

Я отступаю. Волчица ворчит. Но подчиняется.

Охрана врывается. Мужчину скручивают. Аяз бросает последний взгляд — и произносит:

— Домой.

Я иду. Всё ещё в шкуре. Всё ещё тяжело дышу. Но слушаюсь.

Амир появляется у двери. Лицо — жёсткое, растерянное.

— Кто-то совсем охренел, — цедит он, не отводя взгляда от остатков боя.

— Мы это выясним, — Аяз хватает его за локоть и уводит прочь.

Я захожу в дом. Разбитые стулья. Следы борьбы. Запах крови. Пыль, взвесь, осколки. Я делаю вдох — и волчица отступает.