Педикюр у них был одинакового розового цвета. Когда они успели?

— Насколько там глубоко? — спросила Алли, ловко заплетая Джунипер косу. — А что будет, если он врежется в дерево или на кого-нибудь приземлится? А еще сегодня очень влажно. Что, если у тебя руки соскользнут с веревки?

— Умеешь ты веселиться. Прямо как мама, — упрекнула ее Джунипер.

— То есть от нее море веселья?

Кэролайн уселась с другой стороны от Алли, и я бросил на нее предостерегающий взгляд.

— Спасибо, что заплела ей косу. Хотя это было совсем не обязательно.

— Без проблем, — ответила Алли, завязывая волосы резинкой. — У меня три сестры. Я заплела бы косу даже во сне.

Три. Она по-прежнему считала и Лину.

Гэвин устроился на деревянном диске размером с бочонок, который служил сиденьем, раскачался на тарзанке и спрыгнул в самой высокой точке дуги. Какая-то секунда — и он пушечным ядром плюхнулся в воду.

— Твердая восьмерка! — крикнул я и захлопал в ладоши.

Джунипер издала ликующий вопль и спросила:

— Мам, а мне можно?

— Беги. Только чтобы кто-нибудь был в воде!

В конце фразы Кэролайн перешла на крик, потому что Джунипер уже неслась к дереву, где ее ждали близнецы.

— Вся в тебя. — Алли подтолкнула меня локтем, подтянула длинные ноги и обхватила колени руками.

Толстовку с капюшоном она сбросила. Из-под выреза футболки с логотипом «Метрополитена» виднелись бретельки ярко-розового бикини.

— Да, — согласилась Кэролайн. — Может, тоже станет пловцом-спасателем.

— А может, ты разрешишь ей танцевать, — возразил я, чувствуя, как во мне с новой силой вскипает утренний гнев.

— Не начинай.

Кэролайн собрала волосы.

— А вдруг она станет звездой, — настаивал я, приобняв Алли за бедра. — Не дашь ей попробовать — она и не узнает.

— Близость к семейству Руссо искажает твое восприятие, — ответила Кэролайн, наблюдая за Джунипер. — Такой талант, как у Алли, — большая редкость.

Алли заморгала:

— Хоть это, возможно, и самое приятное, что ты мне когда-либо говорила, я бы сказала, что такой талант, как у Хадсона, встречается гораздо реже.

Черт возьми, это что, комплимент? Я обернулся к ней и увидел, что ее взгляд прикован к Мейсону. Тот пролетел над озером и плюхнулся в воду.

— Реже, чем у профессиональных балерин? — Кэролайн потянулась к рюкзаку за солнцезащитным кремом.

— Конечно. По всей стране нас около четырех тысяч. А в береговой охране всего триста пятьдесят пловцов-спасателей, — сказала Алли, привалившись ко мне. — А значит, он гораздо важнее.

— Хм…

Кэролайн окинула Алли мимолетным изучающим взглядом.

— Ты же ведущая балерина? Лучшая из лучших?

— Да, — кивнула Алли, слегка напрягшись. — Если полностью восстановлюсь.

Кэролайн перевела взгляд на ноги Алли.

— Тогда к чему тебе стремиться? Что тебя мотивирует, раз у тебя нет ни конкуренции, ни карьерных перспектив, ни… — тут она взглянула на меня, — работы мечты?

— Я не прима, не говоря уже о том, что я не ассолюта [10] , — ответила Алли с кривой усмешкой. — О чем мне так любит напоминать мама. Так что мне есть над чем поработать. И даже если я каким-то чудом заполучу этот титул, я все равно буду соревноваться со своим главным соперником. Впрочем, как и всегда. — Она взглянула на Кэролайн. — С самой собой. Мне всегда есть что усовершенствовать — уровень мастерства, к которому я всегда буду стремиться, но никогда не достигну.

— Выходит, твоя цель — совершенство? — спросила Кэролайн без иронии.

— Именно. — Улыбка Алли погасла, но она быстро опомнилась и вновь улыбнулась. — А поскольку оно недостижимо, недостатка в мотивации у меня не бывает.

— Для меня ты само совершенство, — сказал я, коснувшись губами ее виска.

Алли усмехнулась, но у нее заблестели глаза.

— И это говорит мужчина, которому пришлось учить меня кататься на велосипеде.

— Алли! — окликнула ее Джунипер, сложив ладони рупором. — Заплетешь Мелоди косу перед тарзанкой?

Алли кивнула.

— Ты не взяла с собой запасную резинку для волос? — спросила она Кэролайн. — Я все оставила в домике.

Кэролайн порылась в сумке и протянула Алли резинку:

— Спасибо.

Алли быстро поцеловала меня в губы, но отстранилась, не успел я обнять ее и поцеловать еще нежнее.

— Я скоро.

— А сколько ведущих балерин? — спросил я, когда она встала на пледе. — Таких, как я, триста пятьдесят. Сколько ведущих среди этих четырех тысяч профессиональных танцоров?