— Она свихнулась? — поинтересовался он без выражения.

— Есть такое подозрение, — не стал спорить Азерс Тулий. — Королева считает, что если её будут бояться, то всё будет хорошо и никто не сумеет оспорить власть её сына.

— Женщины не должны влезать в мужские дела, — сделал вывод Леонидес. — Она разрушит всё, что было достигнуто. Страх перед властью нужен, но строго дозированный. Если его будет слишком много… Вы хотите вмешаться?

Посол откинулся на спинку кресла.

— Нет. Пусть идёт так, как идёт. Возможно, это нам поможет даже… Но помощь вашей команды потребуется… Очень удачно, что вы оказались здесь, иначе могло и не получиться. Признаться, я был в растерянности.

— Нужно будет кого-то устранить?

— Наоборот. Когда королева начнёт реализовывать свои планы, вы должны будете спасти одного человека. Спасти и вежливо, со всем уважением привести его сюда.

Леонидес на миг задумался. Потом в глазах вспыхнуло понимание.

— Это…

— Без имён, — предупредил посол. — Согласитесь, что когда оказываешь такую услугу, вести переговоры становится намного легче. И да, если этот человек попросит спасти ещё кого, то это тоже можно сделать, если это не повредит главному. Чем больше он нам будет должен — тем лучше.

Леонидес медленно кивнул.

— Я понял… Его Величество был прав, когда говорил про вас. Хорошо, я постараюсь закончить всё побыстрее. Возможно, мне придётся побывать не только в Тарлосе, но и в Лоргсе. Хотелось бы повидаться с герцогом…

— Рассчитываю на вас, господин Карилий.

Азерс даже вздохнул с облегчением, когда пёс императора ушёл. Оставалось только радоваться, что этот человек на его стороне сейчас. И да, врагом его лучше не делать.

Армия гарлов пересекла границу герцогства примерно в полдень. Все старались делать вид, что победили, враги дать бой им не рискнули, держась где-то в стороне. Причём на таком расстоянии, чтобы успеть отступить, если гарлы вдруг повёрнут в их сторону. Победа же? Враг их боится. Но пусть этим себя утешают простые воины, а Лат понимал, что они проиграли. Проиграли с треском. И даже численное преимущество не смогло им помочь. В результате дело его жизни повисло на очень тонком волоске. Лат видел, что уже сейчас вожди племён готовы вцепиться друг другу в глотки, чтобы занять его место. Осмон и тут оказался прав: вождям понравилось чувствовать силу единой армии. Просто сейчас начнётся бой за то, чтобы занять его место. Лат вспомнил недавний разговор в доме, где он остановился на ночь. Там собрались самые верные его друзья… И Осмон.

— Сейчас главное — показать, что ты сдался, — говорил Осмон, и, словно желая подчеркнуть важность своих слов, постукивал ладонью по столешнице. — Несмотря на поражение, ты остаёшься вождём гарлов. Единым. И сейчас все сочтут ситуацию подходящей для твоего свержения. Пока не устранят тебя, они будут едины. И выступят против тебя общим фронтом. А шаманы их поддержат. Не стоит их сбрасывать со счетов.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался Вальд. — Пока только слышно от тебя, насколько всё плохо.

— Я предлагаю убрать общую цель. Лат должен временно исчезнуть. Удались к себе, прикинься больным. Без тебя всё единство вождей рассыпется вмиг. Там каждый уже видит себя на месте Лата. Вот пусть и начнут выяснять отношения между собой. А я им помогу немного. Подскажу. Направлю. Есть у меня способы. Ты, главное, не лезь. Гарлы сами должны прийти к тебе, Лат.

— А они пойдут? — не поверил Лат.

— Ещё как. Им будет с чем сравнивать. Поверь, возвращения междуусобной резни никому не хочется. А все вожди только такую резню и смогут предложить. Ни у кого нет ни сил, ни талантов занять твоё место. И вот когда это поймёт большинство — тогда мы и начнём действовать.

— И сколько нам ждать? — едко поинтересовался Вальд. — Год? Два? Десять лет?

— Быстрее, чем ты думаешь, — глянул на него Осмон. — Думаю, через пять лет всё уже будет ясно.

— Пять лет… — протянул Вальд.

— А быстрее способ вы уже попробовали, — всё-таки не сдержался Осмон. — Признаю, могло бы получиться. Но раз уж не получилось, нужно менять правила. Ещё одного шанса тебе, Лат, не дадут. Не нужно считать вождей и шаманов идиотами. По старым правилам тебе не сыграть. Значит, правила нужно менять.

— Играть по твоим правилам, старик?

— Если нет других, — не стал спорить Осмон. — Но готов выслушать твои предложения. Или опять полезешь в сражения? Тебя сомнут. Ты не устоишь против объединившихся вождей.

Лат и сам это понимал. Как понимал, что так легко, как раньше, ему действовать не дадут. Это в прошлом он был всего лишь одним из вождей, который чего-то там хотел и лез вперёд. Его и не воспринимали всерьёз, пока поздно не стало. Сейчас его будут рубить на взлёте, тут Осмон прав. Как прав и в том, что их шанс — перевести битву в другую область. В интриги, дипломатию. Туда, где количество воинов в дружине играет не столь большую роль, как привыкли гарлы. Лату это категорически не нравилось, но он понимал, что это для него единственный шанс. Приходилось соглашаться с Осмоном.

Небесный Отец заслушал сообщение из Райгонского герцогства молча. Некоторое время обдумывал его, потом лёгким движением руки отпустил гонца. Секретарь Отца быстро собрал все донесения и аккуратно положил в шкатулку.

— Ваше святейшество, можно поздравить цивилизацию с очередной победой, — вежливо проговорил он. — Варвары отступили в свои леса.

— Ты близорук, Лоренц, — задумчиво проговорил пожилой мужчина, который сейчас сидел в кресле с высокой спинкой в белоснежном наряде верховного пастыря. На голове седые волосы скрепляла тиара, украшенная сапфирами и агатами. Сапфиры как символ чистоты, богатства, и агаты — символ смирения и покорности.