Небо было самого яркого оранжевого оттенка, который он когда-либо видел, что делало каньон одним из самых красивых мест, в которых он когда-либо бывал, даже если считать Затерянные города.

Но он все еще был у черта на куличках.

Все еще далеко от Лондона или любого другого места, где он мог бы продать украшения или купить одежду.

И это был его девятый прыжок за день.

Или, погодите.

Десятый?

Он совершенно сбился со счета.

Все, что он знал наверняка, это то, что он заставлял себя идти дальше, думая, что его новая блестящая карта обязательно приведет его туда, куда он хотел.

Вместо этого «нет» следовало за «нет».

И да, он действительно преуспел в поиске потрясающих человеческих блюд, которыми можно было набить желудок. Но во всем остальном он терпел сокрушительные неудачи.

Так что теперь его ноги подкашивались, в голове стоял туман, а волдырь от камешка в ботинке больше походил на открытую рану, и парень был уверен, что сможет сделать еще только один прыжок, прежде чем его мозг взорвется.

А это означало, что ему предстояло принять супервеселое решение.

Прокрутить следопыт еще раз и надеяться, что следующий луч, наконец-то, приведет его в Лондон — или, по крайней мере, куда-нибудь, где он сможет снять комнату на ночь, не потратив при этом всю оставшуюся наличность.

Или вернет в маленькую душную мастерскую отца и проведет там еще одну ночь.

Учитывая, как ему везло, первый вариант не казался разумным решением.

Но… он никогда больше не хотел видеть это скучное озеро.

— Я мог бы разбить здесь лагерь, — напомнил он себе. — Там не будет слишком холодно. И там не будет никаких йети, бродящих вокруг.

Но будут змеи.

И скорпионы.

И, возможно, несколько якулов.

И мысль о том, что придется проснуться и провести еще один день в напрасных прыжках, казалась еще хуже, чем всю ночь обниматься с ползучими тварями.

— Это не должно быть так сложно, — проворчал он, пиная землю и отправляя камешки в полет над краем каньона.

Слова эхом отозвались в его голове, и он сложил ладони рупором и прокричал их снова.

— ЭТО НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ТАК СЛОЖНО!

Теперь у него была карта и кристалл, который мог переносить его по свету в мгновение ока.

Почему он не мог найти то единственное место, куда ему нужно было попасть?

Потому что у него все еще не было самой важной карты.

Карты со всеми гранями на отцовском следопыте.

Он думал, что сможет обойтись без этого, но, очевидно, ошибался.

Что оставляло ему еще один вариант, куда он мог прыгнуть, но он предпочел бы, чтобы за ним гнались йети, или еще десять раз прокатиться на этой несчастной лодке.

— Хорошо, — сказал он, закрыв глаза и сделав глубокий, успокаивающий вдох, прежде чем заставил себя задать вопрос, который всегда помогал ему сделать правильный выбор, даже когда он действительно этого не хотел.

Что бы сделала Фостер?

Ему нужно было вышить это на тунике или что-то в этом роде.

Потому что Фостер всегда поступала разумно.

Даже если это было ужасно.

Даже если это причиняло боль.

Или вызывало у нее кошмары.

Она была смелой, умной и преданной своему делу.

И он хотел быть таким же.

Поэтому он порылся в рюкзаке и выудил кристалл, который почти не брал с собой, но бросил на всякий случай, если ему понадобится вернуться в Затерянные города.

Он отказывался называть это домашним кристаллом.

Он определенно не вел домой.

— Пожалуйста, не будь там, — пробормотал он, не уверенный, кого он имел в виду — своего отца или Ро.

На самом деле, он мог справиться с разъяренной принцессой огров.

Все, что ему нужно было бы сделать, это рассказать ей о своем маленьком признании Фостер, и она была бы так занята поцелуями, что забыла бы, что хотела поколотить его за то, что он сбежал.

Но дорогой папочка — это совсем другая история.

Киф не был уверен, что сможет смотреть на него теперь, когда увидел, как его маленький художник уединяется.

— Не важно. Его там не будет, — сказал он себе, поднимая кристалл к темнеющему закатному небу. — Он будет в квартире в Атлантиде, куда никогда меня не приглашал, или в каком-нибудь другом тайном доме, который у него есть, потому что ему нужно было найти пятьдесят разных способов сбежать от своей семьи.

И когда он вновь появился на Берегах Утешения, там было так темно и тихо, как он и надеялся.