Мне не хотелось брать с собой книгу заклинаний теперь, когда я узнала, что дух скрывал от меня важную информацию. Мои руки трясутся от злости.

Но, как бы ни было неприятно это осознавать, книга мне нужна.

Без неё я не смогу узнать, где в этом запутанном городе искать мятежников. Да и будет очень полезно выяснить, кто есть кто и что совершил.

Так что буду пользоваться преимуществами, но не стану снова открывать свою душу. Я больше не буду доверять духу книги, только получать информацию, которую он не может мне не дать.

Покинуть собственный дворец незамеченной довольно несложно. Я бегу, укрытая тенями, по тёмной тропе в город внизу, следуя указаниям духа книги.

В городе темно и тихо, даже когда я подхожу к рядам маленьких построек. Лишь пара огоньков виднеются на узких улочках. Ночная жизнь здесь так себе, по крайней мере, в этой части города.

Но в какой-то момент я начинаю слышать вдалеке выкрики, смех, звон кружек.

— На этой улице три открытых таверны. В подвале последней еженедельно собираются мятежники.

Отпускаю тени, подходя к зданию, внутри которого горит свет. Окна закрашены, одна из створок подкосилась. На кривой вывеске значится «Шепчущее крыло». Внутри деревянные столы и стулья — все чёрного цвета. Запахи пота, блевотины и пива ударяют в нос, едва я открываю дверь.

— Что надо? — низким грудным голосом интересуется продавец.

Ухмыляюсь.

— Ничего.

— Тогда проваливай отсюда.

— Непременно.

Вновь подзываю к себе тени и исчезаю посреди зала. Наблюдаю за продавцом — высоким, но худощавым мужичком с длинными заострёнными ушами и в чёрном фартуке. Он на секунду сводит брови, но затем пожимает плечами и возвращается к своим делам. Если его и смутило, что некто использует магию, чтобы стать невидимым в его таверне, то недостаточно, чтобы принять какие-либо меры.

— Коридор справа.

Иду туда, куда говорит дух книги, и захожу в узкий коридор с выцветшей чёрной краской на стенах. Притормаживаю, когда половица скрипит под моим сапогом. Дальше иду осторожнее. Вскоре до меня начинают доноситься голоса впереди. Подхожу ближе — и вот уже могу разобрать слова.

— Она ещё не королева, — отмечает кто-то.

— Но станет ею, — отвечает грубый мужской голос. Я сразу узнаю Люциуса.

Останавливаюсь у самой двери в кладовку. В углах стоят бочки и ящики. Жёлтый свет слишком слаб, большая часть помещении остаётся в тени.

— Если только мы не помешаем.

— Вы никак ей не помешаете, — возражает Люциус. — Она последняя из рода Заклинателей Теней.

Все замолкают.

— Реально последняя?

Люциус мрачно кивает.

— Призрак подтвердил. Её отец недавно скончался, и теперь остались только она и дезертиры, принявшие другие стихии.

Призрак?

Дамочка, стоявшая в дальней части комнаты, выходит вперёд со скрещенными на груди руками.

— У нас всегда есть вариант вернуть этих фейри обратно, чтобы они заявили свои права на трон Двора Теней.

— Этих предателей? Ты бы хотела сделать кого-то из них нашим правителем?

Хмурюсь. Я не задумывалась об этом. Неужели остались другие потомки нашего рода? Разве что живущие в других дворах и использующие иные стихии.

Возможно, эта игра никогда не кончится.

— Но это ослабит источник и, вероятно, необратимо, — тяжко вздыхает Люциус. — Да и займёт много времени. Нам такой вариант не подходит.

Незнакомка изгибает бровь.

— Я просто говорю, что у нас есть выбор. Это даже не обязательно должен быть кто-то из Заклинателей Теней. Для источника нужен просто могущественный теневой фейри.

— Таких у нас тоже больше нет, — говорит Люциус. — Мы можем и дальше перебирать эти безнадёжные варианты. Но пока что нам остаётся только терпеть Кейлин и наблюдать за развитием событий.

— Ей вообще можно доверять? До меня дошли слухи о её статусе при Верховном дворе.

— Пока не знаю, — медленно отвечает Люциус. — Она определённо близка с новым Верховным принцем. Должен признать, что он кажется более увлечённым ею, нежели наоборот. Но она тщательно скрывает свои чувства, так что сложно сказать наверняка. Вполне возможно, что она полностью подчиняется Верховному двору. Но не исключаю, что она может быть верна Двору Теней и пользоваться благосклонностью Верховного двора.

— Думаешь, она может помыкать Верховным принцем?

— У меня сложилось впечатление, что она имеет сильное влияние на него. Но недавно он уехал. Так что могу лишь предполагать.

— И что же нам делать?

— Надо найти на неё компромат, — произносит женщина у дальней стены. — Секретик, который ей бы не хотелось раскрывать.

Люциус поджимает губы.

— У девчонки определённо есть свои демоны — буквально и фигурально. Возможно, нам удастся выяснить что-то. Будем отталкиваться от этого. — Он кивает, давая понять, что разговор окончен, но внезапно сам продолжает: — Нападение на Хрустальный двор прошло хорошо.