Рядом с моим ухом раздается щелчок арбалета, и металлический болт летит по воздуху, пронзая Ниссиена в грудь. За ним следуют еще два, один попадает в бок, другой — в правое плечо.

Он рычит от боли, когда его сбивают с Хендрика, и я всхлипываю при этом зрелище. Мое сердце сжимается от боли, все сильнее и сильнее, пока мучение становится невыносимым.

Я никогда не хотела, чтобы дело дошло до этого. Чтобы Ниссиен пострадал. Я все еще люблю его, несмотря на то, что он превратился в монстра. Несмотря на то, что я выбрала мужчину, стоящего за мной.

Ниссиен встает на ноги и вырывает из себя болты, его красная кровь брызгает по траве. Раны заживают на наших глазах.

— Вы, люди, действительно думаете, что ваши маленькие игрушки могут причинить мне вред? — земля дрожит, а вся трава становится бледно-коричневой и тлеет.

На лице и руках Хендрика появляются черные жилки, ползущие из гниющей земли.

Он с трудом поднимается и пытается уползти, но Ниссиен ставит ботинок на спину Хендрика и прижимает его к земле. Хендрик вонзает горящий кинжал в лодыжку Ниссиена, но тот только безумно смеется над ним, а затем бьет ногой по подбородку.

Стражники вокруг меня шепчутся в панике, обсуждая, как объединить свою магию против Ниссиена. Ее будет недостаточно. Совсем недостаточно.

— Клянусь душераздирателем, Наоми, — Ниссиен кривит губы, обнажая зубы. — Если ты не подойдешь ко мне, если мне придется подойти и самому стащить тебя с лошади, я причиню твоим друзьям столько боли, что они будут жалеть о том, что родились на свет. Почему, по-твоему, я все еще стою здесь? Я не смогу себя контролировать, если подойду достаточно близко к тому, кто держит тебя в своих руках, — все тело Ниссиена, кажется, дрожит от усилия сдерживать себя.

У меня есть два варианта, и ни в одном из них я не смогу выбраться отсюда.

Скупые слезы катятся по щекам, пока я пытаюсь соскользнуть с лошади, но Ронан тянет меня обратно.

— Не делай этого, Наоми. Прошу, не спасай нас. Не ради меня.

Ниссиен издает гортанный крик на языке, который я не понимаю, и поток горячего воздуха обдает мое лицо. Люди вокруг меня падают с седел, их тела выгибаются, когда они поднимаются в воздух, а затем падают на землю. Он защитил меня и ребенка от удара.

— Иди ко мне, пока я их не убил. Я не хочу этого делать, — умоляет он.

— Ты не причинишь им вреда, если я подойду? — спрашиваю я в оцепенении.

— Нет. Нет, не причиню, — его хриплый голос звучит искренне, и я ему верю.

Я сползаю с седла, пока Ронан отвлечен созданием ледяного копья. Его свободная рука тянется ко мне, но уже слишком поздно. Слишком поздно.

Я бегу через поляну. Кажется, что она тянется бесконечно, но я ставлю одну ногу за другой, пока мир вокруг меня горит.

За мной тянется полоса пламени, отделяющая меня от Ронана. Я едва слышу его болезненный крик над треском огня, когда он зовет меня по имени. Еще одна слеза капает с моего лица, шипя на земле, которая стала слишком горячей.

Ниссиен протягивает руки, притягивает меня к своей груди, крепко обнимает и защищает своим телом. Он прижимается щекой к моей.

— Почему ты хочешь уйти от меня, Наоми? — в его глазах читается такая боль, а все его тело дрожит так же сильно, как и мое. — Разве ты не понимаешь, что, уходя, ты забираешь с собой все? Мою женщину, моего ребенка, весь мой мир. Почему ты не хочешь растить нашего ребенка вместе?

Мое сердце разрывается. Ощущение, будто оно разбивается на тысячу кусочков. Яд течет по моим венам, а внутри бушует горе.

Я не могу иметь их обоих. Либо Ронан, либо Ниссиен. Ни один из них не отпустит меня. Оба будут сражаться до смерти, пока один из них не получит меня.

— Ниссиен, мы вместе — это катастрофа, — говорю я, прижавшись к его груди. — Ты похитил меня, украл мою свободу и превратил в свою рабыню. Вчера ты буквально бросил меня, чтобы наслаждаться другими женщинами на оргиях.

Он берет мой подбородок в ладони и заставляет меня поднять лицо, чтобы я посмотрела в его глаза, которые снова стали зелеными.

— Я ушел, чтобы найти Кандру, чтобы у тебя была компания. Я стараюсь сделать для тебя все, что в моих силах. Защитить тебя и ребенка. Может быть, я смогу измениться. Мне просто нужно время. И чтобы ты перестала убегать. Просто не уходи. Я хочу, чтобы мы жили вместе. Если ты уйдешь, я никогда не узнаю, что случилось с тобой и ребенком, куда вы ушли и не причиняют ли вам боль. Я не выдержу такой пытки. Я последую за тобой в твое царство, если понадобится.