Совершенно точно эта химера не знает, как себя вести на открытом пространстве, и тем более в лесу.

Пока бегал между деревьев, ещё раз оценил местность, на которой проходило наше сражение, и выбрал, как мне показалось, подходящее место для финальной ловушки.

К этому времени я уже избавился от последствий магической атаки и снова смог держать гуаньдао двумя руками.

Специально, дав твари приблизиться к себе, я резко разорвал дистанцию и пробежал по упавшему стволу над завалом из раскрошенных дубов, устроенным монстром. Будь монстр умнее, ему следовало обойти завал, но он попёр следом за мной, также прыгнув на ствол.

Как я и думал, ствол, расколотый самой же тварью всего минуту назад, не выдержал веса подобного монстра и подломился. Видимо, следуя инстинктам обитателя пещер, вместо того чтобы резко отпрыгнуть в сторону, тварь вцепилась всеми целыми лапами в дерево и вместе с ним начала заваливаться на бок, так и не разжав хватку. Скорее всего такое поведение в опасных пещерах под землёй по-своему верно: если пол внезапно уходит из-под ног, то это явно землетрясение, и значит надо закрепиться на месте и держаться всеми лапами, что есть силы.

Разумеется, мой первоначальный план не подразумевал такого подарка, но и не воспользоваться данной возможностью я банально не мог себе позволить!

«Падающая Звезда» — техника, требующая точного расчёта времени и дистанции. «Прыжок Богомола» — и я взвился в небеса, сосредоточив всю свою энергию в одной точке. А в следующий миг гуаньдао обрушилось на основание черепа твари, словно падающий метеорит.

В последний момент монстр попытался увернуться, закрыться лапой, но не рассчитал, что вместо неё у него теперь половинчатый обрубок. Тяжёлое лезвие массивной цельнометаллической алебарды с чудовищной силой ударило в место соединения головы и шеи — ровно туда, где зияла ещё одна незажившая рана от древней огненной магии.

Зверь рухнул на бок, дергаясь в смертельной агонии. Прикрытые призрачными веками глаза померкли, а совсем недавно столь опасный хвост бессильно упал на землю. Из перебитой шеи твари хлынула тёмная кровь, больше напоминающая кислоту. Те места, на которые она падала, тут же начинали дымиться.

Отступив на несколько шагов, я понял, что бой дался мне непросто. Грудь тяжело вздымалась, рука болела, словно после ожога, а от лезвия гуаньдао исходил странный пар, пахнущий мускусом и ржавчиной.

Адреналин всё ещё бурлил в венах, но опасность миновала. Тварь была мертва.

Несколько минут наблюдал за мертвой химерой. Несмотря на перерубленную шею и то, что тварь явно была мертва, её тело довольно продолжительное время ещё конвульсивно шевелилось. Особенно в этих спорадических движениях выделялся её хвост, который целых пять минут то и дело то судорожно скручивался в тугую спираль, то, наоборот, резко, словно отпущенная пружина, выпрямлялся, круша всё вокруг.

Меня подобное настолько впечатлило, что я почти полчаса после того, как тело чудовища перестало шевелиться, не решался к нему подойти.

Уверен, если правильно расчленить эту мёртвую химеру на органы, то продать их можно было бы за очень хорошую цену. Но, во-первых, я не умел обрабатывать трупы подобных тварей, а во-вторых меня немного пугала её кровь, которая разъедала всё, на что попадала, словно концентрированная кислота.

К тому же ядовитый наконечник хвоста монстра всё ещё фонит некротической энергией, словно был её накопителем. Отрубить бы его, поместить в какой-нибудь контейнер, чтобы безопасно можно было переносить, и на рынке большого города продать его по весу в золоте!

Но как бы не толкала меня вперёд жадность, подобную вещь, фонящую энергетикой Смерти, носить с собой длительное время без хорошей изоляции — не самый лучший выбор. Это как в карман себе положить выработанный кусок уранового стержня, отработавшего своё в активной зоне реактора атомной электростанции, а потом удивляться: что это я вдруг сильно заболел и вот-вот умру.

Возможно, я не прав в своих рассуждениях, и можно отрубить наконечник и носить с собой, и ничего плохого не будет, но я предпочёл обойти этот наконечник хвоста стороной.

Всё, что рискнул забрать с тела твари, — это четыре самых крупных, размером с мою ладонь, клыка. Чтобы выбить их из пасти мёртвой твари неповреждёнными, мне пришлось изрядно потрудиться, так как руками я этого делать не захотел. Пришлось аккуратно использовать для этой процедуры дадао. Но без подобного трофея, я просто не мог уйти. Данная победа далась мне совсем не просто, и я их заработал!

А также я не забыл и о самом ценном, что было в мёртвом теле химеры. Для того, чтобы это сокровище извлечь, я уже использовал алебарду, чтобы разрубить тело твари и добраться до самого центра её груди.