Источник аромата нашёлся в небольшой ложбинке между корнями исполинского кедра, чей ствол был столь широк, что его не обхватили бы и три человека. Древние корни, толстые, как брёвна, выступали из земли, образуя естественные ступени и укрытия. И там, в самом сердце этого природного амфитеатра, где корни сходились, образуя подобие чаши, я увидел цветок.

Растение было невысоким — в две ладони взрослого человека, — но каждый его листок словно был выкован из живого серебра. Эти листья мерцали в пятнах солнечного света, пробивавшегося сквозь плотную крону кедра, и отбрасывали на землю причудливые, танцующие блики. Стебель, тонкий и гибкий, имел цвет молодого нефрита, а на самой вершине распускался единственный бутон.

Цветок Серебряной Чаши…

Я хорошо запомнил это название: на одном из рынков, который посетил наш караван, за такой же цветок устроили настоящий аукцион, и итоговая цена правильно собранного бутона оказалась выше, чем у аметиста размером с этот же бутон.

От одного взгляда на цветок перехватывало дыхание — настолько он был красив. Лепестки, будто сотканные из утренней росы и лунного света, переливались всеми оттенками светлых пастельных тонов — от кремового до холодного, почти голубоватого. В глубине, у самого стебля, мерцали искорки, похожие на далекие звёзды. А в центре бутона пульсировала крошечная сфера чистейшего серебряного света, не больше ногтя мизинца. Она билась в завораживающем ритме, и я понял, что даже дыхание моё подстраивается под это биение.

Воздух вокруг растения, казалось, вибрировал от живительной энергии. Магические потоки поднимались спиралями, как невидимый дым от костра.

Минут десять я обходил по кругу гигантский кедр, опасаясь, что он окажется таким же хищником, как знакомая мне «ива». Но нет. Судя по всему, это было простое обычное дерево, разросшееся столь мощно благодаря подпитке духовного цветка.

Приблизившись на расстояние пяти шагов к стволу кедра, я сел в позу лотоса, положив алебарду на колени. Вдох, выдох, вдох, выдох. Каждый вдох наполнял тело ощущением лёгкости и силы. Энергетические каналы, особенно те, что пролегали ближе к коже, вибрировали от жадного желания впитать как можно больше исходящей от растения живительной силы.

Бин Жоу никогда не сталкивался с подобными цветами в пустыне. Там, конечно, встречалось нечто отдалённо похожее, но ни одно из пустынных растений — по крайней мере из тех, что видел голем, — не излучало настолько чистую энергетику Жизни.

Несомненно, этот цветок был чем-то редким, драгоценным, способным изменить судьбу того, кто сумеет правильно его использовать. А если найдётся умелец, который создаст сад, где будут произрастать подобные цветы, то это место немедленно станет желанной обителью для медитаций.

Духовные травы бывают разными, и некоторые из них ценятся выше духовных кристаллов, что можно добыть с тварей, идущих Путём Возвышения. В тех беседах караванщиков, которые мне довелось подслушать за четыре месяца невольного заточения, они упоминались, как основа искусства зельеваров, а также как необходимый ингредиент для алхимии высокого уровня. Говорили, что одно правильно приготовленное алхимическое снадобье из подобного растения, если к нему добавить растолчённый кристалл монстра Второй Ступени, может поднять практика Первой Ступени сразу на целый ранг Возвышения. Да и практикам Второй и Третьей Ступени оно заметно облегчит восхождение по Небесной Лестнице.

А ещё зелья, сваренные из духовных растений, способны исцелять раны, не поддающиеся обычному лечению. Или очищать энергетические каналы от скопившейся грязи и шлаков, позволяя достичь нового уровня мастерства. Но подобное искусство доступно только самым опытным алхимикам или зельеварам. Вторые готовят куда более слабые снадобья, но они воздействуют на тело и душу значительно бережнее. Если алхимию можно сравнить с тяжёлым допингом, то зелья, скорее, напоминали мощные витамины, питательные растворы или что-то в этом роде.

Я уже знал, что в этом мире во главу угла ставится сила, и если есть возможность повысить ранг, выпив алхимическое снадобье, то любой практик сделает это, решив, что с отрицательными последствиями столь стремительного Возвышения разберётся потом. Ведь для того чтобы достичь такого же эффекта при помощи зелий, их придётся выпить десяток, а то и больше, при этом не забывая о тренировках и медитациях. И даже в этом случае развитие не будет столь же стремительным, как от приёма всего лишь одного снадобья, приготовленного опытным мастером-алхимиком. Алхимия — жестокая приманка, от которой мало кто может отказаться. Жестокая и коварная. Почему коварная? Да потому, что далеко не все последствия приёма алхимических составов можно устранить. Пример Бин Жоу у меня навсегда останется в памяти.

Но духовные травы, даже самые безобидные на вид, вроде Цветка Серебряной Чаши, способны скрывать в себе смертельную угрозу. Говорили, что неправильное обращение с ними может убить даже опытного практика или, что ещё хуже, превратить его в монстра. Поэтому приготовление зелий из духовных растений не зря остаётся привилегией избранных мастеров, посвятивших всю жизнь изучению магической флоры.

Сидя у края ложбинки, уходящей в корни кедра, я долго не решался подойти ближе. Волшебное растение было так близко, но что-то удерживало меня на месте. Интуиция? Осторожность? Или врождённое чувство самосохранения, которое нашёптывало: «Не торопись. Подумай».