Вообще, насколько подсказывала память Бин Жоу, Империя — это огромное государство, по площади, наверное, не уступающее земному Китаю. Но при этом люди контролируют лишь малый процент этих гигантских владений. Все поселения и города расположены вокруг «чистых» Источников магии, словно островки света в бескрайнем море тьмы, и соединяются друг с другом трактами, растянувшимися паутиной дорог. За пределами этих нитей и островков цивилизации простирается дикая, хаотичная, опасная земля, где безраздельно властвуют монстры, чудовища и иная мерзость, по типу уже знакомых мне цзянши. В этих землях человек — всего лишь добыча, слабое чужеродное существо. В отличие от Земли, в этом мире человек не рискнёт назвать себя царём природы.

Впрочем, о выходе к людям пока думать рано. Не стоит забивать голову проблемами, которые возникнут точно не сегодня, и тем самым отвлекаться от наблюдения за окружающей местностью.

Всё больше смещаясь в сторону восхода, я с каждым пройденным километром чувствовал себя всё увереннее и спокойнее. Пару раз встречал похожих на «иву» монстров, но, заранее уловив знакомую хищную энергетику, предпочёл обойти их стороной. Ещё несколько раз замечал духовных зверей — они были довольно мелкими и явно боялись меня куда сильнее, чем я их, а потому спешили убраться с моего пути.

Со спокойствием у меня появилась возможность не только разглядывать каждую тень и до рези в глазах всматриваться в любое, даже мнимое, движение, но и просто смотреть по сторонам, подмечая детали, которые ранее ускользали от моего внимания.

В этом лесу обитали не только монстры и чудовища, здесь также произрастали духовные травы, ауру которых я иной раз мог ощутить даже с расстояния в десять шагов. Сбор подобных растений в Империи считался занятием опасным, но весьма доходным, особенно если сравнивать с работой крестьянина или не слишком умелого ремесленника.

Беда заключалась в том, что Бин Жоу совершенно не разбирался в травоведении. Он лишь знал, что некоторые духовные растения, если сорвать их правильно, могут принести огромную пользу, но столь же легко способны причинить непоправимый вред, если сорвёшь не то, что следует.

Конечно, пока караван путешествовал от города к городу, от поселения к поселению, я видел множество различных трав на рыночных лотках. Но засушенные до состояния гербария растения мало походили на живые, и потому даже приблизительно не мог представить, что за духовный цветок я заметил минуту назад.

Сладкий, пряный, с едва уловимыми нотками мёда запах ударил мне в ноздри совершенно неожиданно, словно лес сам решил бросить в лицо соблазнительную приманку. Я шёл, вдыхая тяжёлый, чуть влажный воздух чащи, и вдруг сквозь его густоту прорезался этот странно приятный аромат. Резко замерев, принялся оглядываться, уже зная по опыту, что в этих местах благоухание зачастую принадлежит вовсе не цветам, а хищным растениям, прячущим в аромате смертоносную ловушку.

Принюхался ещё раз, вслушался в собственные ощущения — и внутри, вместо лёгкости, что должен был дарить запах мёда, только усилилось напряжение. Вместе с ним ощутил энергию — плотную, живую, словно рядом дышал духовный зверь, достигший третьей ступени совершенствования. Ноги сами заняли стойку, гуаньдао взметнулось единым движением вверх, готовое рассечь угрозу. Но через несколько мучительных мгновений я понял, что сиюминутной опасности нет. Напротив, откуда-то совсем близко исходили невидимые волны, несущие странное спокойствие и глубокое, почти потустороннее умиротворение, будто сама чаща пыталась убаюкать меня, скрывая в себе неизвестное. Инстинкты подсказывали, что это может быть ловушка. За время, проведённое в лесу, мне пришлось научиться не доверять ничему, что выглядело слишком привлекательно или необычно. Слишком часто красота или что-то приятное на вид или запах здесь оборачивалось смертельной угрозой.

Но в этот раз ощущение казалось иным. Энергия, витавшая в воздухе, не несла угрозы. Напротив, в ней чувствовалось нечто целительное, очищающее, словно первый глоток родниковой воды после долгого пути по пустыне.

Тело Бин Жоу — нет, моё тело — реагировало на эту ауру, словно кот, заметивший оставленную на столе без присмотра сметану. Я ещё раз прислушался к своим чувствам и поймал себя на впечатлении, будто нахожусь рядом с Источником Жизни. Малым Источником. Очень похожие ощущения. Постоянное напряжение покидало мышцы, дыхание выравнивалось и становилось глубже, а пробуждённое Магическое Ядро словно само тянулось к источнику этого благотворного воздействия.

Только вот Источника Жизни рядом не было — о его присутствии сам лес подсказал бы мне гораздо раньше. Судя по всему, я наткнулся на одну из духовных трав, что зельевары используют для варки целебных составов. А алхимики, сплетая выжимку сока подобной травы с силой духовных кристаллов, создают зелья Возвышения, позволяющие легче и быстрее подниматься по Рангам.

При воспоминании об алхимии меня передёрнуло, будто по коже пробежал рой мелких жуков, готовых сожрать тебя заживо. Именно такими стимуляторами создатель мясного голема пичкал Бин Жоу, насилуя тело и душу до тех пор, пока от мальчишки осталась лишь оболочка, движимая чужой волей.

Прислушался к собственным ощущениям и понял, что ненавижу алхимию всей глубиной своего существа. Она растоптала душу Бин Жоу, выжгла её в обмен на силу и поспешное Возвышение. Но при этом, что странно, на обычные зелья, сваренные руками зельеваров, а не алхимиков, эта внезапная, но такая сильная жгучая ненависть не распространялась.

Осторожно осмотревшись и убедившись, что поблизости нет хищников, способных использовать растение в качестве приманки, я двинулся вперёд, ведомый запахом, не забыв накинуть на себя астральную маскировку, ту самую, что назвал «Вуаль Леса». Она пока выходила очень слабой и несовершенной, но позволяла мне хотя бы немного скрывать своё присутствие, что было проверено на хищной иве.