Шрифт:
И он сделал то, что не смог сделать тогда — потянулся и выхватил его из чужих рук.
— Ты что творишь?!
Большой Меч сглотнул, повернулся к Кленовому Клинку и тихо сказал:
— Сделай то, что обещал.
После он вышел на порог встречать учителя, чтобы признаться ему в своём злодеянии.
…
Как Большой и Длинный Меч уже понял к тому моменту, свиток был своего рода испытанием на пути к принятию во внутренний круг. Каждому новому поколению испытуемых сообщали о существовании свитка, чтобы исключить из ордена жадных до силы воров.
..По крайней мере, так оно было в теории.
Большого и Длинного Меча, разумеется, приговорили к изгнанию. Его меч разбили, меридианы покорёжили.
Лихуа была безутешна.
Хун-и избегал его.
Кин-и выполнил своё обещание и остался с победителем.
Только на прощание Хун-и решился встретиться и поговорить с Большим и Длинным Мечом. Именно тогда он пообещал, что однажды, став старшим учеником, он вернёт Большого Меча обратно и исцелит его культивацию.
Большой Меч принял это обещание, потому что знал, что так другу станет легче.
Но правда в том, что уже тогда он знал, что не собирается возвращаться.
10
*
На сей раз Большой и Длинный Меч сумел вернуться в настоящее самостоятельно.
Он обвёл взглядом своих друзей и остановился на Ослепительном Свете.
— У меня есть орден, за который я в ответе, — сказал он тихо, — есть судьба, которую я выбрал. Мне нет дороги назад, да и не хочу я туда возвращаться. Ничто уже не будет, как прежде, потому что я уже другой.
Он вдохнул и выдохнул, успокаивая себя.
— ..Я стал лучше.
Глаза Хун-и расширились. Он сглотнул и наконец замолчал.
— Как ты можешь?! — Лихуа действительно, казалось, хотела плакать. — Мы были так счастливы, что ты вернёшься… Я была…
— Ан Лихуа… — он запнулся и напомнил себе, что эту связь надо вырвать с корнем, и у них больше нет права называть друг друга теми именами. — Леди Солнечный Луч, ты не трофей, чтобы быть подаренной и переходить из рук в руки. Я никогда не стал бы тебе хорошим мужем, даже тогда. Теперь — подавно.
— И это после всего, что орден сделал для тебя, что мы для тебя сделали?
— Да, — ответил он. Потому что а что тут ещё ответить-то? — А теперь, если вы меня простите, мне надо вернуться в свой орден.
Он решительно зашагал вперёд, и Госпожа Не Зовут заскользила рядом, ненавязчиво намекая, что не позволит к нему приблизиться. Она вела себя, как его охранник, и это было совершенно абсурдно, но вместе с тем именно так вёл бы себя помощник настоящего главы ордена, и Большой Меч просто решил пока что смириться с этим. Кивнув Кин-и на прощание, он оставил бывших друзей за спиной.
На этот раз окончательно…
Или ему так казалось.
**
— Вы вернулись!
Они ждали все вместе, собравшись в гостиной их огромного полурзваленного особняка.
Кухарка Хэн нервничала, и когда она нервничала, она готовила, поэтому стол был заставлен и буквально трещал от всего. Сама она сидела в уголке, взяв в руки иголку с ниткой и упорно тыча ими в ни в чём не повинную ткань. Не то чтобы у этого были какие-то результаты, просто это занятие могло скрыть дрожание рук. Рядом примостился хмурый Хо-хо.
Они уже успели пошептаться на кухне и решили, что, вдруг что, останутся вместе и будут изображать странствующих культиваторов: Хо-Хо не собирался возвращаться к отцу, что бы ни случилось, Хэн просто не хотела снова остаться одна.
Паникёр влез в их разговор, заявил, что ужасно боится остаться один и потому тоже хочет с ними. Кухарка Хэн пожалела беднягу и погладила по голове — таким он был иногда трогательным.
Яо Милэ нервничала, а когда она нервничала, весь огонь в доме сходил с ума, и сама лиса дышала огнём, как печка.
Тануки внешне выглядел спокойным, ел себе, пил своё вечное вино, но Хэн видела, что он тоже нервно поглядывает на дверь.
Все они ждали приговора, так или иначе.
Большой Меч вернулся в компании Не Зовут, их одежда была грязной, несмотря на явные попытки её отчистить. Большой Меч выглядел… немного менее сияющим, чем обычно.
“О, — подумала Кухрка Хэн убито, — он собирается сообщить нам, что уходит.”
Она вздохнула и приготовилась.
— Ну что, как прошло? — спросил Тануки Рю лениво. — Разобрались с призраками?