Я с подозрением смотрю на неё, но решаю отложить этот разговор на потом. Мы сможем пообщаться более открыто, когда между нами не будет этого непроницаемого барьера. Ещё раз поклонившись, я разворачиваюсь, готовый вернуться в офис с широкой улыбкой на лице. И уже предвкушаю, как буду рассказывать ожидающим меня друзьям о том, что только что произошло.

ДЖУЛИЯ

Холодный ветер из кондиционера слегка обжигает мою обнажённую и вспотевшую кожу, когда я выбираюсь из-под простыней. Но лежать на полу, покрытом темно-синим и белым полосатым ковром, одно удовольствие. Моё разгорячённое тело ноет, но я всё ещё чувствую лёгкую апатию и направляюсь в ванную президентского люкса во «Дворце Тангара», одном из моих любимых отелей в Сан-Паулу.

Огромные окна позволяют увидеть зелень штор, которые словно выделяют этот номер в самом сердце города, известного во всем мире как каменные джунгли. Интерьер также примечателен, и не раз, когда я бывала здесь, я терялась, глядя на него и думая о том, как много мне пришлось бороться за право наслаждаться им. Ведь простое изменение в моём детстве могло бы сделать этот номер самым дорогим в Бразилии и превратить его в мой парк развлечений.

Я провожу руками по своим распущенным волосам, откидываю их назад и, скрутив, завязываю узел на макушке. Тихо чертыхаясь, я вынуждена ступить босыми ногами на холодный черный мраморный пол.

— Ты не собираешься пригласить меня? — Вопрос задан достаточно громко, чтобы я услышала его даже на таком расстоянии, и я не могу сдержать улыбку.

— Ты же знаешь, что тебе не нужно приглашение, — так же громко отвечаю я, улыбаясь, когда захожу в душевую кабину и оставляю дверь открытой.

Под мощными струями душа я не замечаю, как шелестят простыни, когда Томас встаёт. Но меньше, чем через минуту он уже стоит в дверях ванной и наблюдает, как вода стекает по моей коже.

Его высокое и мускулистое тело, полностью обнажённое, покрыто тонким слоем пота. Даже в расслабленном состоянии его член внушителен, а узкие голубые глаза на безбородом лице с полными розовыми губами дают мне представление о том, какие слова я сейчас услышу.

— Я не могу поверить, что больше не смогу видеть тебя.

— Насколько я помню, я разрешила тебе сделать несколько снимков. — Я поджимаю губы, и Томас улыбается, направляясь ко мне. Он снова останавливается, словно действительно запечатлевает в памяти вид моего тела под водой.

— Эти фотографии были твоим способом извиниться за то, что ты отвергла меня. — Это заставляет меня смеяться.

— Я не должна извиняться за это. Это был подарок. — Просто отвечаю я, и его улыбка становится шире.

— Мне будет этого не хватать. — Тихо говорит он, наконец-то делая шаг в душ. Его руки почти сразу же обхватывают меня, и я поднимаю голову, чтобы встретиться с ним взглядом, когда обвиваю руками его шею.

— Моей восхитительной личности?

— Твоего характера. — Поправляет он, и мы смеёмся вместе. — Ты должна позвонить мне, когда поедешь в Австралию.

— Ты был единственной причиной, по которой я летала в Австралию, Томас.

— Мы могли бы продолжать так и дальше. Я бы отправлял самолёт, и агентству не нужно было бы ничего знать. Я бы платил тебе напрямую. Я удвою текущую сумму. — Он предлагает одно за другим, а я провожу рукой по его щеке и медленно глажу её.

Прикосновения Томаса больше не ограничиваются моей талией. Его руки медленно скользят по моим ягодицам, прежде чем сжать их, а затем медленно и чувственно прокладывают путь вдоль моей спины.

— Нет, — отвечаю я, не объясняя причины и не говоря, насколько возмутительно предложение действовать за спиной агентства. Я не обязана, и в этом нет необходимости.

— Тогда мне лучше насладиться этим прощанием, не так ли?

— Ты действительно умный мужчина, — шепчу я, вставая на цыпочки и приближая свои губы к его губам всего на несколько миллиметров. Я облизываю свои влажные губы, и мой язык нежно касается его. Его прикосновения к моему телу становятся всё более настойчивыми и грубыми. Он нежно обнимает меня, его руки спускаются к моим ягодицам и приподнимают меня, приподнимая в воздух. Я обхватываю его ногами за талию, и он прижимает меня к стене, согретой водяным паром.

— Очень умный, — повторяю я за мгновение до того, как его губы накрывают мои.

***

Я отрываю взгляд от экрана своего iPad, который лежит на обеденном столе, и, повернув голову слева направо, чувствую, как груз часов, проведённых за этим занятием, давит на мои плечи. Я провожу пальцем по стеклу очков для чтения и тру глаза, а другой рукой инстинктивно массирую шею. Возможно, пришло время сделать перерыв.

Я отодвигаю стул, и звук моих ног, скользящих по кафелю в квартире, кажется мне раздражающим. Определённо, мне нужно отдохнуть. Поднявшись, я поворачиваю голову и двигаю плечами, стараясь немного расслабить напряжённые мышцы. Но мой разум по-прежнему сосредоточен на той же информации, в которой я тонула всего пять минут назад.

Телефон подпрыгивает на стеклянной крышке стола, и я поднимаю взгляд, только чтобы увидеть ещё одно сообщение в группе для девочек. На самом деле, это ещё одна угроза. И ещё одно, которое я собираюсь проигнорировать.

Возможно, я провела последние сорок восемь часов, погруженная в изучение всех документов, которые я получила от Braga Participacoes S.A. после подписания всех необходимых контрактов и соглашений, включая соглашение о конфиденциальности. То, что начиналось как подготовка к работе, превратилось в настоящую одержимость после первых шести часов, которые я провела, изучая графики, конфиденциальную информацию и краткосрочные и среднесрочные планы расширения. Возможно, мои подруги правы, беспокоясь и угрожая выломать дверь моей квартиры, если я не появлюсь в ближайшие шесть часов. Но я просто не могу остановиться.