Чёртов лжец.

Талия соскользнула со стула.

— Сначала мне нужно освежиться.

Он должен был догадаться. Он, в общем-то, догадался, когда она шла через зал в сторону туалета, мимо столиков и других посетителей, слегка покачивая бёдрами и расправляя сильные плечи. Но ему слишком нравилось смотреть на неё, и он всё равно мало что мог с этим поделать.

Лука допил свою водку. Заказал ещё одну.

В конце концов, он взял её пальто, перекинул его через руку и вышел на парковку. Ему не нужно было оглядываться, чтобы понять, что её М5 исчез.

Глава 7

Название «конспиративная квартира» не соответствовало действительности. В бывшем складском помещении над гастрономом не было даже ванной, не говоря уже о кухне или каких-либо других современных удобствах, но Талия прекрасно обходилась. С уборной для посетителей внизу и фитнес-центром «Планета Фитнеса» в трёх кварталах отсюда, куда она могла пробраться, чтобы принять душ, у неё имелось всё необходимое.

Лёгкий доступ к еде был приятным преимуществом, и на шатком карточном столике Талию ждали украденный сэндвич с цыплёнком и ветчиной, яблоко и печенье с белым шоколадом. Однако она ничего не ела. Она расхаживала по комнате.

На самом деле, это досадно. Пустая трата времени.

Задания были единственным шансом вырваться из лагеря Ордена. Бывшая плантация за пределами Нового Орлеана была своим собственным маленьким королевством, а Мастер — его королём. В течение этого короткого периода времени она могла есть всё, что хотела, быть в своём собственном пространстве и думать о чём угодно.

Это почти свобода.

Вместо того чтобы наслаждаться происходящим, Талия отошла от карточного столика, придвинутого к потрескавшейся, покрытой плесенью стене, и направилась по голому полу к своей узкой койке в другом конце комнаты. Её комбинезон лежал аккуратно сложенный под кроватью, рядом с ним — ботинки на мягкой подошве и коллекция свежезаточенных кинжалов. За исключением тех, что были спрятаны под её мешковатой толстовкой, конечно.

На дешёвой вешалке вдоль стены висел ассортимент дорогих платьев, а под ними — дизайнерская обувь, совершенно неуместная в этой маленькой крысиной норе.

Талия развернулась и пошла обратно тем же путём, каким пришла, слишком распалившись, чтобы хоть почувствовать, как холодный воздух проникает через открытое окно в тёмную комнату. Она нуждалась в этом — в резкости, покалывании, наказании.

Это её собственная вина.

Ей не следовало выслеживать его прошлой ночью. Ей определённо не следовало позволять ему обратить на неё внимание. Идайос, что на неё нашло?

Может быть, то, как спокойно и собранно он вошёл в то заведение. Может быть, то, что она увидела его таким спокойным и невозмутимым, как будто его жизнь шла своим чередом. Неужели ему было так легко оставить всё позади?

Оставить её?

Очевидно, так оно и есть, учитывая, как от него пахло другой женщиной, когда он подошёл к ней сегодня вечером. И помада на его шее? Как банально.

Идайос, ей хотелось закричать. Ей хотелось ударить по чему-нибудь. Мастер заставлял её уединяться, медитировать, опустошать себя. Ей это всегда давалось сложно. По словам Мастера, она была импульсивной и темпераментной.

Что ж, прекрасно. Она такой и была.

Талия схватила яблоко со стола и швырнула его в открытое окно, а затем замерла, осознав, что оно во что-то врезалось.

— Ты целилась в меня?

В считанные секунды у Талии в руке оказался метательный нож. Она чуть не отправила его в полёт в его сторону.

— Возможно.

Лука проскользнул через открытое окно и бесшумно спрыгнул в комнату.

— Ты забыла своё пальто.

— Нет, не забыла.

— Тогда оставила.

— Неужели ты не понимаешь намёков?

Не обращая внимания на занесённый нож Талии, Лука подошёл к карточному столику и повесил пальто на пластиковый стул. Он включил фонарь на батарейках. Резкий, дешёвый свет падал на приталенный костюм Луки и скользил по его шее к подбородку. По крайней мере, он стёр помаду.

Он выглядел точно так, как она его помнила. Это мужественное, но утончённое лицо, с такими идеальными чертами, лицо, которое могло бы украсить обложку журнала GQ. Тёмные, аккуратно уложенные волосы, глаза цвета виски.

Чёрт бы побрал его за то, что он такой красивый и такой не изменившийся.

Ну… почти не изменившийся.

Он стал стройнее. Слишком худощавый. Сначала она не обратила на это внимания из-за всех этих мышц, выступавших под его одеждой, а в «Рэкке» была слишком застигнута врасплох, чтобы присмотреться. Но теперь она видела его лицо в резком освещении, точёные очертания скул, лёгкую впалость щёк…

Талия сосредоточила своё внимание на месте над его левым плечом. Какое ей вообще дело?