Орден был паразитом, который питался гнилым подбрюшьем вампирского мира. Хотя организация базировалась в Новом Орлеане, их контракты распространялись повсюду — но всегда в преступном мире, где они могли наживаться на мелких войнах жадных и кровожадных вампиров-преступников. Это всегда были секс-клубы и бары, а также бои с высокими ставками.

Вот почему Лука отмораживал себе задницу в костюме, вместо того чтобы надеть тактическое снаряжение. По правде говоря, ему нравился этот костюм, с его сдержанной элегантностью и искусным пошивом, но не для засады же.

Если бы Лука не увидел свет в конспиративной квартире прошлой ночью, он бы засомневался, в нужном ли он месте. Но вчера на рассвете в комнате никого не было, и он добрался сюда ещё до захода солнца. Ассасин явно не торопился.

Конечно, для подземного мира время было ещё раннее.

Когда из закрытого на ночь гастронома появилась фигура в длинном пальто с капюшоном, Лука поправил себя. Ассасин явно не торопилась.

У него ёкнуло сердце. Естественно, бл*дь. Потому что, конечно же, это сразу заставило его подумать о Талии.

Но это не Талия, потому что Яннек никогда бы не отправил её сюда. Только не в один город с Лукой.

Из-за пальто установить личность было невозможно. По одному лишь среднему росту ничего не определишь, и это было всё, что Лука мог разглядеть из-за объёмного пальто. Ну и туфли на каблуках. По крайней мере, каблуки означали, что она за рулём. Легче преследовать автомобиль, чем другого вампира, переносящегося призраком.

Лука поднялся с корточек, благодаря Идайоса за то, что он правильно угадал с гардеробом. Если бы он три часа отмораживал здесь свою задницу в костюме и модельных туфлях только для того, чтобы его добыча появилась в кожаных штанах и ботинках, он был бы ещё более раздражительным, чем Ронан, после того как Рис сожрал его еду.

Лука метнулся к пожарной лестнице и спустился вниз, его выучка спасла его от неловкости из-за онемевших конечностей. Можно научиться пользоваться ногами, даже если ты их не чувствуешь.

Женщина, скорее всего, почувствовала бы чьё-то присутствие, но Лука всегда был самым быстрым, тихим и смертоносным в Ордене. Яннек требовал этого.

Лука проследил за ассасином до ожидающего её серебристого М5. Он вроде как ненавидел это. Он также ездил на М5, хотя и чёрном, и ему не нравилось видеть параллель. Даже в таких мелочах Орден повлиял на его мышление сильнее, чем он хотел признать.

Двигатель заурчал, оживая, и на мгновение вспыхнули стоп-сигналы, после чего M5 плавно отъехал от обочины.

Лука следовал за ней по городу, не удивляясь, что его привели в Красный район, не удивляясь, что оказался на территории Цезаря Мазая, не удивляясь, когда женщина заехала на парковку «Рэкка», личного клуба криминального авторитета. Мазай был именно тем грязным ублюдком-убийцей, который нанял бы Орден.

Женская лодыжка и красный ремешок туфли — вот и всё, что увидел Лука, когда она выскользнула из M5, не снимая капюшона. Когда она подошла к стальным дверям и была встречена вышибалой, она опустила капюшон, но свет, льющийся изнутри, превратил её в неразличимый силуэт.

Лука подождал несколько минут, пока другие посетители не вошли в двери. Ему не нужно было, чтобы кто-то знал, что он следит за женщиной, и уж тем более не нужно, чтобы знала она сама.

Когда Лука подошёл к двери, у него не оставалось другого выбора, кроме как позволить камере запечатлеть его лицо, а 135-килограммовому вышибале оглядеть его с головы до ног, прежде чем кивнуть на вход. Кир не сумел бы попасть внутрь, не будучи узнанным, но Лука мог войти в клуб, не заставив никого насторожиться. Поскольку «Рэкк» был легальным прикрытием для незаконных предприятий Цезаря, многие посетители даже не осознавали, в чьём заведении они находятся. Это место славилось своими устрицами и джином.

Приглушённый свет, музыка в стиле блюз и ароматы дорогого одеколона создавали знакомую атмосферу. Деньги. Власть. Уверенность.

Работа Луки в Тиши иногда приводила его в подобные места, и он всегда ненавидел их за то, что они напоминали ему о прошлом, за то, что он вписывался во всё это так же идеально, как в свой сшитый на заказ чёрный костюм и тёмно-серую рубашку на пуговицах.

Но Лука знал, как использовать свой стиль, лицо и даже тело, когда это служило его целям. Сейчас это сослужило ему службу, и он позволял женщинам и мужчинам разглядывать себя, пока пробирался между столиками, пропуская незаметные приглашения. Он был здесь не для того, чтобы пить на халяву, или трахаться на халяву, или вонзать свои клыки в желанную шею.

Он зайдёт в бар и попытается установить личность ассасина. Всегда было что-то, что выдавало её: определённые манеры, едва заметные взгляды по сторонам, слишком идеальное слияние с окружающей обстановкой. Что-то могло её выдать.

И что-то выдало… но совсем не то, чего Лука ожидал.

Там, в баре. Это покачивание бёдрами, наклонённая голова, каштановые волосы.

И этот запах.

Правда поразила Луку прежде, чем его разум успел сообразить. В нём раздалось рычание, собственническое и требовательное.